Орланд ошарашено взглянул на побледневшую Кей, которая что-то бормотала себе под нос.

– Что это значит? Кей, вам дурно? Наверное, нужно что-то предпринять?

И тут Кей вдруг неожиданно крикнула, тряся его за рукава, вконец испугав седьмого лорда:

– Нужно бежать к Рагнару!!! Это же пилигрим! Они нашлись! Он увёл лошадей, и сделал он это не просто так! Ты понимаешь? Это же был Фанфарас!

– Спокойно, возьмите себя в руки, Кей! – Орланд в свою очередь, потряс её за плечи. – Толком можно всё объяснить?

– Фанфарас знает, где наши сыновья! – прокричала Кей, вырываясь.

Она бежала вдоль крепостной стены, когда её догнал Орланд, осаждая возле неё невесть откуда взявшегося коня.

– Отобрал у конюха, – просто пояснил он. – Давайте руку, полезайте на лошадь, так мы доберёмся до Рагнара гораздо быстрее!

Удивлению Рагнара не было границ, когда он увидел мчащуюся галопом лошадь, которая несла на себе его жену и седьмого лорда. Рагнар, вместе с Кэром и генералом варнов, как раз стояли возле казарм, когда ему в объятья сползла Кей, и захлебываясь от эмоций прокричала:

– Фанфарас вернулся! Единорогом он увел охийский табун! Мы его видели!

– Где?! – Глаза Рагнара вмиг сощурились, превращаясь в два острых лиловых лезвия.

– Они поскакали на юго-запад, – пояснил Орланд, не слезая с коня.

Генерал Эйк, свистом подозвал к себе стражу:

– Просигнальте постовым на дальние рубежи западной и южной границы быть на чеку! Если они видели лошадей, пусть высылают следопытов! Нам нужен единорог!

– Кей, родная, успокойся, – Рагнар обнял её за плечи. И тут вдруг он закрыл глаза, опустив голову. Пристально наблюдая за мужем, Кей заметила появившуюся улыбку в уголках его губ. Рагнар медленно поднял голову и взглянул не неё уже другими глазами. В этом сочном сиреневом цвете ожила радость!

– Что? – прошептала Кей, боясь спугнуть его улыбку.

– Они вернулись? Тео и ваши дети? – высказал своё предположение Орланд, тоже не сводивший глаз с лица Рагнара.

Рагнару стоило лишь взглянуть на седьмого лорда, как тот уже обо всем догадался. Хлестнув лошадь, Орланд ветром сорвался с места, оставляя за собой клубящийся столб пыли.

– Значит, да?! – у Кей замерло сердце, и если бы она могла она бы полетела вслед за Орландом, чтобы как можно скорее убедиться в этом.

– Я чувствую их. Через тебя. Они живы и направляются к нам! Теперь можешь плакать, но только уже от счастья! – улыбнулся Рагнар, стирая с её щеки скатывающуюся слезинку.

Аядар, жестом остановил идущую за ним цепочку людей. Он припал к земле, прислушиваясь к её вибрации. Мирадас тоже, присел рядом с братом, приложив ладонь к теплой земле.

– Похоже, к нам приближается табун или какое-то стадо, – проговорил Аядар. – Нам лучше уйти с этой тропы, спрячемся под деревьями.

– Разве в этой части материка гуляют такие большие стада? – Мирадас вопросительно взглянул на брата. – В любом случае ты прав, нам нужно укрыться.

Впереди, сквозь жидкие заросли молодых деревьев и кустарников, Аядар заметил мелькнувших лошадей. Они действительно неслись в их сторону, но когда Аядар увидел, кто ведет этот табун, он, вместо того чтобы сойти с их дороги, понесся на встречу изящному и белоснежному вожаку, оставляя позади своих сбитых с толку друзей.

– Это уже странно, – произнесла Ялуна, обращаясь к Мирадасу, ничуть не удивившаяся поведению старшего брата. – Он что попутал своё племя?

– Вряд ли. Это же старик Фанфарас, и он примчался навстречу своему любимому ученику. А вот эти лошади наши, присмотрись, это же лошади из конюшни правящего совета!

– Что-то я запутался, – прервал их Лукаш, – Лошадь – это учитель Аядара? – он удивленно сморщился.

– Да смотри ты, – толкнул его локтем Тео.

На расстоянии всего нескольких метров от Аядара, единорог в прыжке, не сбавляя бег, принял образ человека и, достигнув, юноши, схватил его в объятья.

– Хвала небу, мой мальчик, ты жив! – проговорил он, крепко прижимая к себе Аядара.

– Ну что, подойдем поближе, познакомитесь, – Мирадас обвел взглядом остальных. – Пилигрим мудро привел для нас ровно шестерых лошадей. Так что обратная дорога будет быстрее, чем мы думали.

Лошади, удерживаемые силой пилигрима, послушно стояли рядом, похрапывая и закусывая удила. Повернувшись навстречу приблизившемуся Мирадасу, Фанфарас расплылся доброй и светящейся радостью, улыбкой:

– Ну, здравствуй мой славный будущий правитель! Приветствую тебя, юный муж, и преклоняюсь перед твоей силой и твоей братской любовью! Ты выдержал испытание Мирадас! Теперь с чистой совестью, тебе можно доверить целое государство! – сказал он, обнимая Мирадаса.

– Значит, это ты все подстроил?

В глазах пилигрима отразилась радуга, перетекавшая из цвета в цвет, и озаряющая его серую кожу. Взглянув на серьёзного Мирадаса, мягкими синими глазами, он по-отечески, тепло произнес:

– Я не вправе кроить миры и судьбы людей по своему усмотрению. Я лишь покорный слуга этого мироздания. Всё, что с нами происходит, происходило, и будет происходить – это все план великого Аша, разума бесконечной вселенной, который правит нашими судьбами, и где наши пути зависят от нашего выбора и благосклонности небес. Поэтому, то, что произошло – это было отчасти судьбой Аядара, отчасти вашими судьбами и выбором каждого из вас. Все что мы сейчас имеем – это человеческий выбор, который приняла верховная справедливость. Все мы тесно сплелись в этой жизни. Вы уже ощутили, и ещё испытаете на себе, верность и любовь того, кто рядом, друзей, родных, как это важно, чтобы цепь связанных судьбой на горных перевалах жизни не разорвалась. Мы все зависим друг от друга. Я хотел бы поблагодарить тебя Мирадас, всех вас, и тех, кто остался там. Я ещё скажу своё слово перед народом Ашварума, перед нашими гостями, а пока я бесконечно счастлив вашему возвращению и желаю познакомиться с остальными.