— Мы поговорили, — произнесла она, со всей злостью впиваясь вилкой по пушистому омлету. — Мы вместе украли бриллианты. Мы целовались. И очевидно, что ты даже перекинул меня через плечо как какой-нибудь пещерный человек и передвигался вместе со мной так, как посчитал нужным. С меня хватит нашего общения. Навсегда!

Она подхватила немного дымящегося омлета и застонала от великолепного вкуса.

— Сначала мы поедим. — Он обогнул барную стойку и, подтолкнув Хлою вскочить на стол, взял табурет и начал есть. — Затем поговорим о деле. Я всю ночь неспал. Внедорожника не было. Мои люди позаботились о нем. Но они непонятным образом нашли тебя в магазине. Поэтому пока ты ешь, подумай, кто мог бы преследовать тебя с транквилизатором наперевес.

Джозефина бросила вилку на тарелку.

— Да никто!

И Хлоя, и Ксавье уставились на девушку. Ее кошечка встала на сторону Лиса? Ясно.

Ксавье ухмыльнулся, затем фыркнув, вернулся к еде.

Джозефина решила сдержать гнев. Холодность и спокойствие помогали выиграть игру. Но она играла против самого мастера хладнокровия и спокойствия. Неужели пришло время сыграть главным козырем, или стоит подождать еще немного?

Глава 18

Джозефина убрала грязные тарелки в посудомоечную машину. У нее было всего два комплекта посуды. Когда она переехала, они находились в шкафу.

Прижав руку к челюсти, Ксавье задумчиво вышагивал перед окном, выходившим на задний двор с теми самыми установленными ржавыми качелями.

Ей хотелось вытолкнуть его за дверь и убежать в противоположном направлении.

Ей хотелось сесть и поговорить с ним. Узнать все, что ее так мучило годами. С чего он начинал? Почему всегда останавливался выпить кофе перед ограблением? Почему никогда не чувствовал, что она следовала за ним? Разве ему не любопытно, как она это делала?

Она хотела проникнуть в его сознание так глубоко, как никогда бы не смогла. Прикоснуться к его душе.

Снова попробовать его поцелуй.

Звон бокалов вывел ее из состояния того, что быстро превращалось в мечту. Она слишком часто позволяла своим мыслям блуждать. Полезная вещь при планировании ограбления. Но не тогда, когда нужно держать ухо востро.

Сложив кухонное полотенце и бросив его через край раковины, она взглянула на Хлою, которая сидела на барной стойке и смотрела на нее.

— Ты теперь в моем списке, — строго произнесла Джо. — Потому что впустила его.

Громкий смешок Ксавье был пронизан высокомерием. Да, он был человеком привилегированным и из высшего общества. Но ее не испугало бы его надменное отношение. Или тот факт, что он только что приготовил ей самый простой, но вкусный завтрак, который она ела с тех пор… ну, после того самого бекона.

Джозефина уже была на грани, все внутри кипело. Она подошла к этому полного спокойствия дерзкому ублюдку и выпалила:

— Почему ты здесь?

— По правде? Для этого.

Его рука скользнула вверх по ее шее, и он крепко схватил девушку за голову. Она почувствовала приближающийся поцелуй и прижала ладони к его груди, пытаясь оттолкнуть, но он не сдался. Поцелуй попал точно в цель, как стрела, смертельная цель, предназначенная для того, чтобы завладеть ею и овладеть ею. И, да, все было именно так.

Из всех мужчин, которые когда-либо целовали ее, этот стоял выше всех. Потому что он был не из тех, кто готов разделить тепло и желание, что проскальзывали по ее венам, когда его рот впился в ее, а язык скользнул через сомкнутые губы. Он не требовал; он главенствовал. Он не предлагал; он владел.

Прикосновение его языка к ее напоминало танец, который она мечтала воспроизвести, хотя у нее не было подходящего платья или обуви. Но у нее точно не будет побегов в полночь. Этот принц был ее, и она собиралась испытать фантазию того, что может произойти дальше.

— Прежде чем мы поговорим, нам нужно разобраться в некоторых деталях, — прошептал он ей на ухо. Его рука соскользнула с ее плеча и прошлась вниз, схватив ее за бедра. — Детали, не касающиеся разговора. Я знаю, что ты этого хочешь, Джозефина. Потому что тоже хочу.

— Я… — Она не могла заставить себя сказать «нет», ведь это было неправдой. Она хотела и платье, и туфли, и красивого принца, что соблазнил ее.

— Ты ведь согласна с моим предположением? — спросил он.

— Ты говоришь о сексе?

Он поцеловал ее в шею, и она отклонила голову, открываясь ему, чувствуя, как его горячий язык скользит по ее коже к ключице. Ксавье становился настойчивым, и, схватив ее за подбородок, подарил ей довольно твердый взгляд. Тот самый взгляд, что видел внутренность многих неприступных сейфов и отражал блеск драгоценных камней на миллионы долларов.

— Да, — выдохнула она, отказывая упрямому ангелу на ее плече, желавшего испортить этот прекрасный момент. Да, да и да.

Она прижала его к стене, стягивая с него пиджак, и ему пришлось потрясти руками, чтобы этот предмет одежды лужей растекся возле ее ног.