— Мисс Ларсен? — спросил усатый джентльмен в солнечных очках и белом тропическом костюме.

— Да, — ответила Бретт.

— Я Мануэль Сиссаро из Бюро по туризму. Добро пожаловать в нашу смиренную страну. Машина к вашим услугам.

Он показал ей на лимузин марки «мерседес», выделявшийся из всех. Большинство других, казалось, были готовы отправиться на свалку.

Мануэль Сиссаро разглагольствовал о великом будущем страны, особенно теперь, когда они получают такую большую помощь от американских деловых кругов. Бретт сказали, что дорога до отеля должна занять не более пятнадцати минут, и она совмещала приятное с полезным: слушая Сиссаро, она разглядывала ландшафт.

На дороге с двусторонним движением было немного машин, однако их автомобилю пришлось задержаться на несколько минут: небольшое стадо коз неторопливо, с неохотой переходило дорогу. Затем им преградил путь грузовик с деревянными бортами, вставший поперек тротуара, чтобы развернуться и ехать в противоположном направлении. Была еще одна остановка перед низкорослым выводком черных поросят.

Бретт взглянула на часы и поняла, что они едут уже больше получаса, а отеля все не видно.

— Мы сегодня доберемся? — спросила Бретт.

— Есть небольшие изменения в нашем маршруте, но не волнуйтесь, мы скоро будем на месте, — сказал сеньор Сиссаро.

— Какие изменения? Отвезите меня в отель, сейчас же!

Сиссаро толкнул ее на сиденье и закрыл ей рот и нос носовым платком с хлороформом…

«Дэвид был прав», — подумала она, теряя сознание.

Бретт очнулась в темной комнате. В голове у нее стучало, мокрая одежда прилипла к телу, у нее болели скулы, а рот был воспален. Ее мучила жажда. Она поняла, что во рту у нее кляп. Она попыталась перевернуться и встать, но оказалось, что руки и ноги ее привязаны к старой металлической кровати. Поняв все, она попыталась освободиться, но тугие веревки еще сильнее врезались в тело, и хриплый крик вырвался из ее груди.

Открылась дверь, и высокий худой мужчина в набедренной повязке вошел в комнату.

— Итак, ты проснулась. Не пытайся кричать: тебя никто не услышит. Ты хочешь есть?

Он кивнул в сторону старого металлического стола около ее кровати, на котором стояла оловянная миска с горкой риса и манго. Как только он вынул кляп, Бретт закричала. Он потряс ее за плечи, завязал ей снова рот и вышел из комнаты. В тусклом свете она наблюдала, как мухи поглощают ее ужин.

— Что подразумеваешь под «киднап», Джефри?

Свен переоделся в ночную пижаму после обеда, а в восемь часов, когда зазвонил телефон, он уже был в постели.

— Бретт уехала сегодня утром в Санта-Верде на разведку местности для своих съемок. Когда я разговаривал с ней в шесть часов, все было нормально. Она была в своей комнате, готовая отправиться пообедать. Потом, несколько позже, мне позвонил человек с небольшим акцентом, может быть, испанец, и сказал, что забрал Бретт и, если мы не сделаем, что он скажет, она умрет, — возбужденно объяснил Джефри.

— И чего же он хочет? — спросил Свен.

— Денег. Он хочет десять миллионов долларов. У меня есть пять — те деньги, что вы подарили нам на свадьбу.

— Я дам тебе десять миллионов долларов, Джефри. Потрать столько, сколько потребуется. Мы должны ее вернуть, — сказал Свен. Он неистовствовал.

Свен мог бы потерять любого другого любимого человека, но мысль потерять Бретт была невыносимой.

— Спасибо, сэр. Человек проинструктировал меня, как перевести деньги на счет банка Санта-Верде. Он сказал, что у него есть возможность проверить, пришли ли они. Я сам поеду туда завтра после пяти вечера и постараюсь все разузнать в отеле «Лэ Рейна Отель».

— Смотри, сам не попади в беду. А как он сможет подтвердить свою честность? — спросил Свен.

— Я не знаю, но у меня нет другого выхода. Бретт там, и я должен вернуть ее назад.

— Предприми все меры, Джефри, возврати ее назад. Мы должны… — голос Свена сорвался. — Лилиан знает?

— Нет, но я позабочусь об этом. Мы вернем ее, сэр. В глубине души я верю, что мы это сделаем. Я свяжусь с вами утром, если появятся какие-то новости.

— Да, — слабым голосом сказал Свен и положил трубку.

Джефри раскинулся на своей роскошной постели в готическом стиле. Ее спинка из красного дерева с инкрустацией была похожа на панель стены храма.

«Она не оставила мне выбора», — оправдывался он.

Развод вышиб почву из-под ног. Он никогда не сдаст выигранной позиции в качестве зятя миллиардера Свена Ларсена, а следующая финишная операция «Ларсен Энтерпрайсиз». Если бы они с Бретт не были бы женаты, он был уверен, что Свен нашел бы путь унижать его по-прежнему.

Джефри сел, открыл комод из красного дерева, скрытый от посторонних глаз, и достал заветный стальной ящичек. Он покопался в кармане в поисках ключа. Еще раз потрогал пальцами пожелтевшие и помятые вырезки из газет.