Начальник службы ПВО Зап.Сиб.ВО

полковник Шушунов

– -

В девять часов вечера истек последний срок. Мать Виктора Сергеевича вышла на улицу, покричала, вернулась, мобилизовала отца, и тот отправился искать сына по окрестным дворам. Поиски успехом не увенчались. В десять часов вечера отец позвонил в милицию и сообщил о пропаже. Там записали пол, возраст, внешние приметы, и посоветовали не волноваться, поскольку дело это житейское, и подобных случаев у них - по три раза на дню.

Совет "не волноваться" дается часто, но следуют ему очень редко. Мать нервничала, тормошила отца, тот ее успокаивал и говорил, что все обойдется, но сам волновался не меньше.

В двенадцать часов ему стало очевидно, что случилось нечто серьезное. Он снова позвонил в милицию - ответили, что ищут, что сведений пока никаких нет, а если будут, сообщат тотчас. И снова посоветовали не волноваться.

Отец не находил себе места. Он посидел на кухне, а потом решил, что надо порыться в вещах сына - может, отыщется что-то...

В портфеле был полный порядок, то есть в нем было все, что душе угодно. Моток проволоки от силового трансформатора, два болта на двенадцать и гайка на четырнадцать, будильник частями, диск от телефона в сборе и тому подобные полезные вещи, не считая, конечно, пенала, учебников, тетрадей и дневника. Дневник был тщательно заполнен самыми разнокалиберными домашними заданиями, среди которых были и весьма зловещие, например: "кости скелета человека". В графе "поведение" стояло "хор". Какие либо примечания к этому унылому и не сулящему ничего хорошего "хор" отсутствовали.

Тогда отец взялся за книжную полку и там, среди "Гулливеров" и "Тайн двух океанов", с изумлением обнаружил "Справочник специальных функций", в который сам не заглядывал уже лет пять. В справочнике лежала тетрадка, два листка которой были испещрены столбцами каких-то чисел. Кроме того, в тетради имелся листок с графиком каких-то функций. Функции эти были из породы тех, которые располагались на страницах справочника. Заинтересовавшись графиками, отец принялся листать справочник и обнаружил, что они в точности соответствуют графикам функций Лежандра, а цифры в тетрадке - таблице упомянутых функций, за одним маленьким исключением, а именно: таблицы в справочнике были пятизначными, а в тетрадке - шестизначными. И эти самые шестые знаки были не какие попало, а очень похожие на правду, с точки зрения элементарной интерполяции. Это было какое-то наваждение! Откуда ученик третьего класса мог добыть шестизначные таблицы? И не просто какого-нибудь косинуса, а функций Лежандра! Их ведь не во всякой научно-технической библиотеке можно отыскать. А главное зачем они ему могли понадобиться?!

Можно было предположить, что его сын - обыкновенный гений, но это было слишком банальное объяснение. А с учетом "телеблина", оно вообще не выдерживало никакой критики. Пришлось отцу констатировать, что он слишком мало уделял внимания воспитанию сына, оттого у Виктора Сергеевича завелись какие-то свои непонятные дела. Что-то странное происходило за его спиной, а он замечал лишь последствия в виде этих таблиц и почившего в бозе телевизора...

В половине второго позвонили из милиции и сообщили, что с детьми все в порядке: они находятся в изоляторе отделения милиции, который, в свою очередь, находится в поселке без названия на тридцатом километре северного направления железной дороги, там, где старый карьер. Утром их доставят в город, проведут воспитательные мероприятия и отпустят на все четыре стороны. И посоветовали дома провести дополнительные воспитательные мероприятия по упрощенному варианту. Какие именно, мы здесь уточнять не будем.

Мать хотела немедленно ехать на тридцатый километр, но отец сказал, что электрички уже не ходят, никакой таксист в это время туда не поедет, а их сыну будет очень полезно провести ночь в отделении милиции. Чтобы впредь неповадно было!

– -

Строго между нами - удивительный народ эти взрослые! Они всегда выходят из положения тем, что взваливают бремя последствий своих ошибок на детей, мотивируя это необходимостью преподнести хороший урок, провести воспитательную работу, или, скажем, желанием лишний раз продемонстрировать своему чаду, какая непростая это штука жизнь...

– -

Когда Виктор Сергеевич проснулся, он обнаружил себя в горизонтальном положении на второй полке какой-то деревянной этажерки. В головах лежала тощая подушка, набитая, похоже, скомканными газетами, а сверху он был укрыт шинелью. Солнечные лучи весело били в зарешеченное окно, и, судя по всему, время приближалось к десяти утра. Виктор Сергеевич глянул вниз - на первой полке мирно спал Петька. Тут дверь в помещение распахнулась, и на пороге появился вчерашний милиционер.

– Подъем!
– провозгласил он.
– Разгильдяи, дебоширы и хулиганы - на допрос.

Через пять минут друзья сидели перед столом участкового и жевали хлеб с колбасой. Толстый милиционер уселся напротив, но хлеб с колбасой жевать не стал, а вместо этого достал несколько листов бумаги, шариковую ручку, и принялся выдавливать из нее стержень. Стержень выдвигался, но оставаться в таком положении не желал, а нырял обратно и выглядывал из отверстия, как бобик из конуры.

– Дайте я, - сказал Виктор Сергеевич.

– На. Вишь ты, шельма, не хочет!..

Но Виктор Сергеевич и не такие стержни укорачивал!