– Извини, Коля, - я вздохнул, - понимаю, что ты неспроста задаешь мне такой, как бы это сказать.., щекотливый вопрос. У меня нет причин, по которым я не смог бы на него ответить... Как отношусь?.. По разному отношусь.

– Я не оправдал ваших надежд?

– В какой-то степени, да. Я уже пожилой человек, а старики, как ты знаешь, хотят видеть в учениках свое продолжение. Они любят руководить и советовать, а ты, как мне кажется, уже не нуждаешься в этом. И дистанция между нами все увеличивается. Но плохо это или хорошо - судить не берусь. В науке больше всего ценится самостоятельность.

Кажется, он немного отошел.

– Считаете ли вы меня человеком порядочным?

Новое дело!

– Разумеется.

Говорю это совершенно искренне. В чем другом, а в непорядочности упрекнуть его невозможно. Я бы сказал, в деловых вопросах он даже излишне корректен. Не было случая, когда я был поставлен перед свершившимся фактом или по его вине попал в глупое положение.

– Прости, Коля, неужели я дал тебе повод в этом сомневаться?

– Конкретного повода вы не давали, но как-то исподволь я ощутил ваше недоверие.

– Но, помилуйте, теперь уже я растерялся.
– Недоверие в чем? На какой стезе?

– Помните, вы согласились на перевод Лебедева в группу системного матобеспечения?

– Разумеется. И не считаю, что принял ошибочное решение. Лебедев - талантливый программист, у него есть неплохие задатки руководителя. И потом, мне казалось, что вас лучше развести по сторонам, поскольку оба вы от природы лидеры. Я имею в виду психологический тип.

Он взъерошился.

– Вам прекрасно известно, что Лебедев - мой лучший друг. Был и остается таковым, несмотря на его безобразный характер. Я всегда знал и сейчас знаю, что он намного способнее меня, я старался создать ему условия для работы, и он работал! А теперь?

Что теперь - я не знал. После того случая Лебедев как-то выпал из моего поля зрения. И теперь, кажется, придется расхлебывать.

– Та-ак... Вот что Николай, давай закончим выяснение отношений. Ничего я не считал и не считаю. Я - человек, и мог ошибиться. И я даже рад, что ты сам ко мне явился. В административных делах критические ситуации возможны, но я, как руководитель, не хочу, чтобы они переходили из категории возможного в категорию неизбежного.

– Дело не в склоке, - тихо сказал Дорофеев.
– К сожалению, все гораздо серьезней.

– Выкладывай.

– Хорошо. Позавчера я имел крупный разговор с Никишкиным.

– С каким Никишкиным? Никишкин - это кто?

– Младший научный сотрудник моей лаборатории. Я сам его вырвал на распределении в университете и, честно говоря, не раскаиваюсь. Толковый парень, но хлопот с ним.., - Дорофеев слабо улыбается.

Отвечаю понимающей улыбкой.

– И теперь пошли разговоры?

– Да... Так вот, позавчера явился ко мне этот Никишкин и заявил, что они с Лебедевым открыли искусственный интеллект.

– Что?
– не понял я, - Что открыли?

– Так он изволил выразиться. И в ультимативной форме потребовал два часа в сутки машинного времени.

"Глядя на мир нельзя не удивляться", сказал Козьма. Я бы добавил... Впрочем, тут и добавить нечего!

– Открыли говоришь? Ай-яй-яй... Смотри-ка ты, что делается! Но, раз уж так получилось, то пусть оформляют заявку. Надо приоритет столбить.

Однако, Дорофеев не поддержал шутки.

– Андрей Иванович, вы несколько недооцениваете ситуацию. А она, как мне кажется, требует к себе более серьезного отношения.

Удивительно, но его серьезность как-то странно на меня действует. Поднимаюсь и прохаживаюсь по кабинету.

– Ну, хорошо. Открыли, и в ультимативной форме потребовал. А вы?

– А я?
– он хмыкнул.
– Я попросил у Павлова два часа в сутки на внеплановую работу.

– Ага! Вот, значит, откуда ноги растут... А теперь Курицын выходит на меня с жалобой. Так мол и так, грабеж среди бела дня. Очень мило с вашей стороны!

Меня зло взяло - черт знает, что такое! Детский сад, а не институт! Однако беру себя в руки, поскольку вспоминаю, что рыба гниет с головы. Действительно, машинного времени не хватает катастрофически, даже круглосуточный график работы не помогает. Естественно, при отсутствии резервов, ситуаций, подобных этой, избежать невозможно. Нужно расширять площади, покушать новые машины, а строители тянут... И так каждый день нервотрепка, а тут еще эти со своими интеллектами!

Но тут мне в голову приходит забавная мысль: "А ведь это хорошо, что у них интеллекты. Молодая кровь кипит, бурлит, покоя не дает!" И я успокаиваюсь.

– Ладно. С Курицыным я как-нибудь улажу, а больше они ничего не требуют в подобной форме?

– Пока все. А вот с моей стороны будет просьба.

– Валяй. Сегодня у нас что? Не конец света?.. Тогда валяй просьбу.

– Нынче конец квартала на носу, а у меня по плану закрытие очередного этапа договора с этими.., ну, по системе автоматического проектирования. Желательно отсрочить на пару месяцев.