Ночью его страхи проявлялись. Порой Рю снились кошмары. Когда он просыпался, он уже не помнил лицо матери. Он хотел, чтобы у него был рисунок или вещь на память, но она была в его воспоминаниях, запертых днем. Каждый раз, когда она приходила в его разум, Рю мог думать только о ее последнем взгляде, но даже тот взгляд сгнивал в его памяти, оставляя только чувство ее смерти, преувеличенное с каждым появлением.

Рю вставал и шел в домик ночью, когда его будили кошмары. Он выходил голым ночью, прохладный воздух окружал его, пока он глядел на ночное небо. В пасмурные ночи ему не становилось легче, но в ясные Рю смотрел на луну. Шли дни, и она стала расти понемногу с каждой ночью. Она росла, и Рю смотрел на нее и думал: «Шигеру скоро вернется. Еще несколько дней, и он придет. Нужно быть сильным. Он будет смеяться надо мной, если поймет, как мне было тяжело без него». Рю повторял это снова и снова, пока засыпал.

Шигеру вернулся за два вечера до полной луны. Их встреча была теплой. Рю ощущал, что он прибыл издалека. Он вышел из дома и встретил его глубоко в лесу. Рю ожидал, что его накажут за такое, но Шигеру промолчал, улыбнулся в ответ на энтузиазм Рю. Они многое оставили невысказанным в тесных объятиях.

Шигеру не говорил о цели путешествия, но с ним был большой мешок. Он был длинным и узким, обмотанным грязной тканью. Вряд ли за таким стоило путешествовать много миль. Когда они прошли в дом, Шигеру выгнал Рю играть. Рю знал, что его отослали из-за свертка. Любопытство кипело в нем, и он пытался пробраться в дом, но чувство Шигеру нельзя было обмануть, и он каждый раз кричал из-за закрытой двери. Рю сдался и убежал играть в лес.

Когда Рю вернулся под вечер, Шигеру был готов. В доме было несколько новых вещей, но Рю знал, что было скрыто что-то еще. Сверток был слишком большим, и новые вещи в доме не заняли бы все место в мешке. Новый котелок и немного специй не требовали долгого похода. Шигеру знал, о чем думал Рю. Он рассмеялся.

— От тебя нет смысла скрывать, да?

Рю покачал головой. Шигеру застонал, задумался на минуту, глядя на Рю жутко. Казалось, Шигеру пытался увидеть его душу. Наконец, наставник принял решение.

— Думаю, ты готов, хотя бы для подарка. Я покажу тебе цель похода завтра. То, что я хочу сделать, нужно делать в свете дня, так что тебе придется подождать еще ночь.

Еще одна ночь ожиданий не была проблемой для Рю. Он устал от бессонных ночей, так что рано уснул и поздно встал. Он проснулся растерянно. Обычно Шигеру не давал ему долго спать. Но когда он огляделся, Шигеру тоже спал.

Рю решил приступить ко дню. Он постарался быстрее завершить дела в доме, но, к его недовольству, Шигеру решил проспать весь день. Рю сделал все дела и утреннюю тренировку, и Шигеру, наконец, пошевелился.

К разочарованию Рю, Шигеру занялся утренними делами, словно ничего не изменилось. Он проснулся, позавтракал и провел утреннюю тренировку. Рю смотрел на наставника, отца, ведь ему было больше нечем заняться. Шигеру был таким быстрым, что, хоть Рю учился у него почти три года, он не мог уследить за всеми движениями, хоть и стал лучше в этом.

Шигеру закончил тренировку и вернулся в дом. Рю сел, изображая терпение. Когда Шигеру появился, Рю снова увидел большой сверток в грязной ткани. Шигеру кивнул, и они пошли вдвоем. Вскоре Рю понял, что они шли к полянке в лесу.

Они пришли, и Шигеру сел на колени на землю, опустил сверток перед собой. Рю последовал примеру наставника, сел лицом к нему в трех шагах от него.

Рю затаил дыхание, пока Шигеру разворачивал сверток. Его действия были размеренными, словно он осторожно разворачивал ребенка. Это была пара мечей, длинный и короткий. Ножны были черными, но красивыми. Они были похожими на мечи Шигеру. Рукояти были простыми, но когда Шигеру поднял меч, Рю понял, что подарок был поразительным. Клинок был хорошим, как у Шигеру, и Рю знал, что такое оружие было уникальным в Южном королевстве. Это был меч для принца.

Рю опустил лоб к земле, когда Шигеру протянул ему меч.

— Эти клинки принадлежали моему дорогому другу. Думаю, она была бы рада, если бы ты получил их.

Рю отметил слово «она». Шигеру никогда не говорил о женщинах. Он запомнил это, пока разглядывал подарок.

— Прошу, заботься о них.

Рю поднял голову. На лице Шигеру было удивительно много эмоций.

— Буду.

Шигеру кивнул. После пары мгновений молчания он взял себя в руки.

— Всегда помни. Ты держишь оружие, созданное забирать жизнь других. Это орудие убийства. Никогда не забывай это. Но, может, смертью одного человека ты можешь защитить другого. Надеюсь, ты преуспеешь в своем деле.

Рю был переполнен благодарностью и радостью, но смог уловить то, что Шигеру сказал едва слышно:

— Надеюсь, ты справишься лучше меня.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Первые три года службы Такако были настолько приятными, насколько могло быть в борделе. Расставаться с отцом было сложно, но она всегда искала хорошее, и она вскоре привыкла к новой жизни. Мадам не давила. Она проверяла Такако каждый день. И хоть Такако пыталась считать ее злой, было сложно не уважать ее. Когда она приходила, она вела себя тепло, как мать, задавала вопросы и слушала ответы Такако. Она хмурилась, когда Такако была расстроена, и улыбалась, когда Такако расслаблялась.