— Это для вас она такая, а для меня родной сердцу человек. Поверь мне Ведьма, улыбка счастья на лице родного мне человека для меня самая большая ценность.

Смотрящая с поедающей жадностью, на стоящую на столе винтовку, женщина ответила.

— Мечта так мечта, я с нее шкуру спущу, но исполню ее детскую радость. Договорились.

И следом, женщина протянула свою мощную руку для рукопожатия.

После яркой вспышки разноцветного фейерверка, взорвавшегося в сознании Академика, мужчина, подтянув свернувшуюся калачиком Татьяну к себе, принялся, неспешно, с нежностью покусывать ее за ушко, в паузах нашептывая ей нежности при этом утыкаясь в роскошные локоны волос женщины.

— Яркая, ослепительная, обворожительная, повелительница мужского разума, женщина, сводящая с ума и заставляющая совершать ради себя самые безумные поступки как же ты прекрасна. Прекрасна в своей наготе, полные, налитые упругостью груди, спинка, грациозно выгибающаяся подобно потягивающийся пантере, округлая, соблазнительная попа, стройные, точеные ножки, ноготки, каждый раз с разным педикюром.

Татьяна, едва не мурлыча, остановила скользящую по ее телу руку Академика, поворачиваясь к нему лицом и довольно произнося.

— Ты заметил, я старалась.

Распахнувшаяся в комнату дверь, прервала всю идиллию происходящего. Стоящая в дверном проеме Настя, недовольно насупившись, произнесла.

— Я конечно дико извиняюсь, что прерываю ваши сексуальные игры. Но у меня вопрос. Где оружейное масло? Не могу найти на привычном месте, после уборки некой дамы.

Возмущенная Татьяна, натягивая на себя скомканное покрывало, едва не рыча выпалила.

— Тебя стучаться не учили?

Академик, улегшись поудобней любуясь своими женщина с удовольствием принялся слушать перепалку своих жен.

— Ага, достучишься до вас, как же, я уже считай час сижу, жду, когда вы угомонитесь. А “лошадка”, не чищенная все это время.

Тут и у вольготно развалившегося мужчины, проснулся интерес.

— Настенька, какая “лошадка”?

Продолжая стоять в дверном проеме, женщина пояснила.

— Я Barrett свою так назвала, просто после первого выстрела, думала меня лошадь лягнула. Между прочем еле оклемалась, могли бы и проявить сочувствия.

— Я тебе сейчас такое сочувствие проявлю, пигалица ты недоделанная, ты не только масло свое найдешь, ты мне пятый угол покажешь, сучка мелкая.

Начала бушевать Татьяна, при этом поднимаясь с постели и выставляя на показ перед всеми, свою великолепную фигуру. Настя, отступив на шажок назад, виновато опустив голову, примирительным тоном произнесла.

— Ну что орать то, я вам уже кофе сварила, с чем будешь.

Ведьма, смотрела в след уходящей со стрельбища Насте Сук…, ничего не поделаешь, прозвище прилипло намертво, теперь ей не оттереться у всех практически произвольно соскакивает с языка. Подошедший Рябой, недобро проводив взглядом удалившуюся Настю, негромко спросил у Ведьмы.

— Как она?

— Сомневаешься во мне как в учителе? Напрасно, да и девочка, упертая как стадо баранов, так что ее умение просто вопрос времени.

Затем, зная своего помощника не один год, сделав паузу, Ведьма требовательно произнесла.

— Не тяни нищего за хер, говори.

— Так, а что тут скажешь, Монтану завалили. Прямо в стабе, у него дома. А он, подрядился эту как ты говоришь, девочку, учить стрелять, только помимо оплаты горохом он выторговал себе еще и Таньку в постель. Одно занятие, один трах. Но, нежданно для всего стаба, вернулся живой Академик, прикопав где-то Кванта, и спустя десять дней этот дружок свернул себе шею, представь себе, упал неудачно.

Сделав паузу, он с хитринкой посмотрел на свою командиршу и продолжил.

— Академика естественно уже допросили, его бабы, извините женщины, а если точнее жены, в голос подтвердили, что он в это время был с ними дома взаперти, и ублажал их обеих без перерыва на обед и ужин, даже пописать не отходил. Да не смотри на меня так, я не далек в своих словах от оригинала. И в завершении, Полиграф, после опроса, подтвердил правдивость их слов, причем всех троих сразу.

Ведьма, смотрящая в упор на своего помощника, угрюмо спросила.

— И?

— Да, просто подальше нужно от всей этой семейки держаться.

Ведьма, продолжая пристально смотреть на Рябого, негромко подвела итог, заставив мужчину недовольно покоситься на нее.

— Верно, подальше, или наоборот поближе, но это мне решать, ясно.

И уже спокойней добавила.

— А Монтане, не хер было на чужую бабу зариться.

Академик, зайдя в кабинет начальника безопасности стаба, плотно прикрыв дверь, нарочито громко доложил.

— Товарищ Комиссар, боец Академик по вашему приказанию прибыл!