Хёнир скосил глаза: всегда он ждал от Локи чего-нибудь подобного.

– И что теперь? – Один сверлил Локи взглядом. Тот угрозу в голосе великого не уловил. Воспрял:

– Ну, что теперь? Пусть люди Улля тоже спускаются в долины.

Локи не подрассчитал: парень, сидевший рядом, внезапно развернулся и врезал кулаком в зубы. Локи сверзился под стол. Собака взвизгнула, бросаясь наутек, но рыбий хвост из пасти не выпустила.

– Он еще насмешничает? – медленно привстал Улль. – Предложить охотникам и воинам смешаться с землепашцами и скотоводами? Да за кого нас принимают великие асы?

Один бы тоже взъярился. Но, как-никак, Локи – друг. Пришлось выкручиваться.

– Слово аса: не есть мне, не пить, пока не вернется дичь в горы, а волшебный олень не простит нанесенную обиду.

Охотники Улля пошептались. Выступил Улль:

– Ему, – охотник пренебрежительно махнул рукой в сторону съежившегося под столом Локи, – не поверили. В слово великого Одина поверить попробуем.

Один вскинул голову: в словах Улля была неприкрытая насмешка и желание оскорбить. В другое время дело закончилось бы потасовкой. Но Один прикинул единственный выход из избы, у которого приросли, загораживая дверь, трое вооруженных воинов, и сдержался.

– Уходим тотчас, – лишь ответил. Хёнир заторопился выбраться из-за стола.

– Останься, – Улль положил ладонь на плечо приятелю. – Что тебе с ними?

Хёнир замотал головой:

– Прости, Улль. При другом раскладе я бы, может, и остался. Но сейчас… Мы отправились в этот мир втроем, как же я могу, чтобы опасностям подвергались лишь двое?

Улль нехотя согласился:

– Ты, наверно, не прав, Хёнир. Но я рад, что ты решил именно так.

Асы по одному, сквозь строй колючих взглядов, покинули усадьбу. Лишь там Один, не глядя на товарищей, буркнул:

– И как мы из всего этого будем выкручиваться? Локи, так легко отделавшийся, легкомысленно хохотнул:

– Ну, и глупцы эти ваны. Поверили, что мы тут же помчимся падать на колени перед рогатой скотиной.

Хёнир, приноравливавшийся к стремени, остановился:

– Что? Ты хочешь сказать, что обещание мы не сдержим?

Локи попятился: Хёнир тяжело надвигался на приятеля.

– Будет вам, – досадливо бросил Один и встал между товарищами, – Не хватало еще тут поцапаться. Но я не знал, что Улль примкнул к ванам.

– Они и сами не знают, что Улль – из Асгарда, – нехотя признался Хёнир. – Но будь эти люди даже выходцами из Хеля, ты, Локи, сильно нарываешься, – и Хёнир потер ладонью кулак.

– А, ладно, – согласился Локи. – Пойду верну эту подлую скотину! Только вы бы куда-нибудь спрятались, – посоветовал он.

– В каком смысле? – взорвался Один. По-видимому, Локи ни совесть, ни сомнения не мучали. Да и тон у паршивца пренаглый.

Но ответить Локи не успел. Внезапно фигура аса озарилась зеленым свечением. Весь он как-то сгорбился. Присел на корточки, выставив перед собой руки и ладонями упираясь в снег. Душераздирающий вой потряс округу. Глаза Локи остекленели. Потом загорелись хищными огоньками.

– На дерево! На дерево, дубина! – первым сообразил Один, подпихивая Хёнира. От усадьбы к ним скакали несколько всадников. Один замахал, гоня их прочь:

– Да прячьтесь, недотепы! Куда вас несет?! Сам вскарабкался на сосну. Опробовал высоту.

Рядом, на угрожающе потрескивавшем под тяжестью суку посматривал вниз Хёнир.

А под деревом, вытянув вверх острую морду и обнажив клыки, клацал пастью чудовищный волк. Густая шерсть серебрилась. Лапы закрывали даже отпечаток ступни человека. Зверюга, подпрыгнув в воздух, перевернулся и встал на четыре лапы. Через мгновение он помчался прочь, удаляясь тяжелыми и быстрыми скачками.

– Ну, – выдохнул Один, – теперь можем спускаться.

И первым спрыгнул на затоптанный снег. Следом сполз ошарашенный Хёнир.

– Что это было? Что это за чудовище? – затормошил Одина.

– Да так, – отмахнулся ас от расспросов.

Менять облик считалось среди обитателей Асгарда кощунством по отношению к предкам: ведь по образу и подобию великих йотунов были созданы их потомки-асы. Черные силы часто пользовались способностью оборачиваться в зверей и птиц. Но Локи, как видно, было на законы предков наплевать.

Однако Один не мог осуждать негодника: все-таки ловко Локи придумал! Никакому человеку за оленем не угнаться.

Ни одному асу волшебного Эйктюрнира не унюхать. Волк же способен разыскать след двухнедельной давности и, не щадя лап, гнаться за жертвой, пока та не сдастся.

На горизонте, в просвете между скалистыми уступами, еще раз мелькнула скользящая тень огромного волка – затем Локи исчез.

– А с нами-то что? – спросил Хёнир.

Один подобрал одежду Локи, расползшуюся на туловище оборотня. Нашарил карту: