— Это не беда, Яла все вам сделает. Меня беспокоит другое: куда и каким образом исчез старый Лок?

— Давай оставим это пока за скобками. Вернемся домой, выясним.

— И то правда.

— А как ваши дела? Добрались без приключений?

— Да как сказать. Сначала пришлось шайку разбойников дезинтегрировать, потом Яла начала чудеса творить…

— Расскажи, расскажи, это интересно!

— Ну, сначала она увидела под землей клад: два бочонка с золотом… А вот и она сама, да еще и со спутницей.

К нашему столу подходит Яла с девушкой лет двадцати пяти. Та намного выше Ялы и одета в светло-зеленый сарафан и розовую сорочку. На ножках такие же, как и у Ялы, белые сандалии.

— Это Ила, — представляет девушку Яла — Ила, это сэр Хэнк и Урган. Ила согласна помочь и готова отправиться с нами.

В этот момент слуга приносит заказанный завтрак.

— Присаживайтесь к нам, Ила, и позавтракайте.

— Спасибо, я уже ела, а вы не стесняйтесь, завтракайте.

Яла набрасывается на еду. Ила наливает себе вина.

Удовлетворив первый голод, я спрашиваю:

— Скажите, Ила, Яла все вам рассказала? — я делаю ударение на слове «все».

— Да, сэр Хэнк.

— И вы тем не менее готовы сегодня пойти с нами к Желтому Болоту?

— Да, — просто отвечает она. — То, что рассказала мне Яла, действительно страшно. Но ведь кто-то должен это сделать. Почему не я с вами?

— Ну, что ж, тогда не будем тратить время на лишние разговоры.

Через несколько минут мы уже выезжаем из поселка. Едем мы, не останавливаясь, и лишь один раз даем передохнуть коням у постоялого двора, где сами обедаем.

От постоялого двора ведут две дороги: одна наезженная — на север, другая заброшенная — на восток. Но было заметно, что по ней недавно проехал конный отряд.

— Это мои лучники, — определяет Урган.

Еще через три часа мы прибываем на постоялый двор. Там весьма людно. По дороге к лучникам присоединились еще семь человек. Уже три недели на постоялом дворе живут шесть рыцарей с оруженосцами. Они тоже ждут нас.

При въезде меня встречает верный Симон. Он забирает наших коней и уводит их на конюшню. Мы заходим в дом. За столом ужинают рыцари. При нашем появлении они встают, радушно приветствуют нас, поздравляют меня и Ялу:

— Мы не сомневались, сэр Хэнк, что ты утрешь нос всем этим столичным недомеркам на турнире!

— Ну, как, Яла, не испугалась святого Мога?

— Наша Ялочка никого не испугается!

Поток приветствий прерывает Эва, незаметно вошедшая в зал:

— Сэр Хэнк! Поздравляю тебя с победой! Тебя и Ялу уже давно ждет твой старый знакомый.

— Старый знакомый?

— Пойдем, увидишь.

— Извините, друзья, я скоро вернусь.

Вместе с Ялой и Эвой мы поднимаемся на второй этаж. Там в одной из комнат у окна сидит… старый Лок!

— Здравствуй, сэр Хэнк, здравствуй, нагила Яла! Вот мы и встретились.

— Но каким образом…

— Не спрашивай, рыцарь. Помнишь, я сказал тебе, что в борьбе с силами зла все добрые люди должны помогать друг другу? Когда Урган ушел от меня с заговоренными стрелами, я подумал и решил, что после Красной Башни вы непременно отправитесь сюда и вам не помешает моя помощь. И вот я — здесь.

— Отец Лок, ты очень кстати, — говорит Яла. — Пусть сэр Хэнк, если ему больше нечего делать, ломает себе голову над тем, как ты догадался о наших планах и так быстро здесь оказался. Я же просто рада тебе. Семнадцать, нет восемнадцать лучников да шесть рыцарей! Я просто не успею до ночи заговорить их оружие.

— А вы хотите идти на Желтое Болото уже этой ночью?

— Конечно! Вдруг силы зла что-то проведали и готовятся дать отпор? Нельзя давать им времени.

— Правильно, девочка! Пойдем, у нас много работы. Поговорим потом, сэр Хэнк.

— Яла, пригласи сюда Илу, — просит Эва.

Оставшись наедине со мной, Эва кладет свои руки мне на плечи, смотрит в глаза и тихо говорит:

— Хэнк, у меня будет сын. Твой сын.

Я ошеломлен и не нахожу ничего лучшего, чем спросить:

— А откуда ты знаешь, что сын?

— Я же — нагила, а не деревенская баба.

Я целую Эву, а сам думаю: не хватает еще, чтобы и Яла обзавелась от меня сыном, не слишком ли много и будет потомков Андрея Коршунова в этой фазе.

— О чем это ты? — вдруг спрашивает Эва.

— Что, о чем? — не понимаю я.

— Думаешь о чем? Целуешь меня, а думаешь о чем-то другом.

— Просто пытаюсь представить, какой он будет и какая судьба ждет его?

— Думаю, он будет сильным и отважным, как ты…

— И красивым и мудрым, как ты…