Как только противник развернулся, как только стало понятно, что он собирается бежать, великан ловко зацепил его ногу собственной секирой, дернул на себя, заставив оппонента упасть, затем великан придавил его к земле собственным весом, став ему на спину.

Ульфхеднар взвыл, попытался извернуться, освободиться, но великан явно проделывал этот трюк не один раз. Он вдруг резко подпрыгнул и вновь обеими ногами впечатал тело врага в землю.

Ульфхеднар уже не выл, он хрипел, из его рта брызнула кровь.

Он попытался что-то сказать, но не успел – великан размахнулся и опустил ногу ему на голову, буквально ее размозжив.

– Сын бешеной псины! – прогудел великан и плюнул на труп.

Он повернулся ко мне и радостно осклабился.

– А-а-а! Одлорец! Клянусь, сегодня боги благосклонны ко мне! Сейчас ты поплатишься за смерть Тулфа!

И он тут же двинулся на меня.

– Да что ж за день такой… – пробормотал я себе под нос, становясь в боевую стойку и готовясь встретить нового противника.

Одлорцы! Тулф! Тут-то до меня, наконец, дошло, где я совсем недавно слышал это имя. Его ведь Владимир Григорьевич называл! Что он там говорил? «Жаль, что Тулфа нет»? Это что же получается, ученый умудрился заскочить в тело Рорха? И вроде как сделал это сравнительно недавно. То есть сейчас Рорх мне и не враг вовсе, а самый что ни на есть друг?

М-да. Может, это и так, только как это объяснить моим бойцам? А главное – объяснить его бойцам? Вон, берсерк идет прямо на меня, и явно не для того, чтобы по-дружески поздороваться.

А меж тем уже начинает болеть голова – я слишком долго находился в режиме берсерка. Выходить, что ли? С этим противником я однозначно не справлюсь: уже слишком устал, ранен, да и сильнее меня он в разы…

– Льот!

Окрик раздался так неожиданно и его источник находился так близко от нас, что мы с берсерком оба удивленно повернули голову в сторону, откуда крик и донесся.

Метрах в семи от нас стоял человек. На вид лет пятьдесят, густая шевелюра и борода покрыты сединой, лицо в шрамах и взгляд…серые глаза словно бы и не глядят на тебя, а оценивают, проверяют.

Человек перевел взгляд на берсерка, замершего на полпути ко мне, и заявил:

– Льот! Ты нужен там, – человек указал рукой в сторону осаждаемого селения.

– Здесь одлорцы, ярл! Я хочу убить их!

– Одлорцы нам не враги, – заявил человек.

Ярл? Так значит, вот ты какой, Рорх? И по идее им сейчас управляет Владимир Григорьевич.

– Что значит «не враги»? – заревел берсерк. – Не ты ли говорил, что вырежешь их всех до одного всего месяц назад?

– Говорил, – кивнул ярл, – но теперь все поменялось. Посмотри, мы только отбились от конунга, а теперь к нам пожаловали ютландцы. Мы не можем воевать со всеми сразу.

– Раньше ты считал иначе, – хмыкнул берсерк.

– Раньше у нас хватало воинов, чтобы защитить собственные поселения, – ответил ярл, а затем повторил свой приказ: – Возвращайся к селению и помоги нашим!

Берсерк зло зыркнул в мою сторону, однако спорить не стал: развернулся и пошел к селению.

За ним потянулись и остальные воины с красно-белыми щитами.

Только сейчас я заметил, что расправившись с агдирцами, они замерли, словно бы ожидая команды, что теперь можно вырезать нас. Но резне не судьба была состояться.

Я сам того не заметил, как вышел из боевого транса. Тут же на меня навалилась прямо-таки нечеловеческая усталость. Хотелось прямо здесь лечь на землю и просто заснуть.

А вместе с усталостью пришла и боль – все же ран на моем теле было предостаточно. Благо, игровые условности работали в мою сторону – раны уже не кровоточили, хоть и болели. Да и хрен с ними, заживут.

– Ярл Рорх, – поприветствовал я глядящего на меня человека.

Мои сподвижники стояли рядом, словно бы ожидая от внезапно появившегося Рорха какой-то подлянки. Ну, в принципе, все логично. Памятуя, сколько он всего сделал, чтобы уничтожить клан Альмьерк, воспылать к нему сугубо положительными чувствами никто не должен был. Он воспринимался исключительно как враг. Причем хитрый, коварный и беспощадный.

Вот и как им объяснить, что Рорх-то перед ними совсем другой, и ко всем тем злодеяниям, что были в прошлом, никакого отношения не имеет.

– Ярл Альмьерка, – кивнул он, – могу я узнать, что ты и твои люди делаете на моем острове?

– Хотел убить Бьерга, – ответил я.

Рорх хмыкнул.

– Не хочу тебя расстроить, но пока вы сражались с ульфхеднарами, Бьерг с остатками своего воинства бежал, – заявил он.

– Ничего страшного. Никуда он от нас не денется, – успокоил я Рорха.