– Мы должны закончить начатое во славу нашего тэна! Какие мы воины, если убежим, если отдадим наш дом врагу!

Хрольф вещал с завидным красноречием и запалом. Казалось, он сам вдохновился собственными речами.

Воины же, сидевшие вокруг него, особого энтузиазма не проявляли. Более того, уже глядели на него угрюмо.

Оно и понятно: снова идти в битву, когда только чудом удалось выжить в прошлой — то еще удовольствие. И ладно бы предстояла битва, в которой есть хоть какой-то шанс победить, про возможность выжить я вообще молчу. Так нет же, Хрольф призывал по факту пойти на самоубийство.

— На острове остались наши дома, согласен, — хмуро ответил Хрольфу один из воинов, — но еще остались жены и дети. Ты подумал, что станет с ними, когда нас всех убьют? Я тебе скажу: они станут треллами, и женщины, и старики, и дети. Ты такой судьбы им хочешь?

— Я хочу, чтобы наш клан сохранил свое доброе имя. Хочу, чтобы воля нашего тэна, павшего в бою, была выполнена! Или ты забыл, что клялся тэну, Гуннар? Или твои клятвы - это пустые слова?

Воин, названный Гуннаром, побледнел, заиграл желваками и начал подниматься. Похоже, сейчас будет драка…

— Не тебе сомневаться в моей верности тэну, Хрольф, — процедил сквозь зубы Гуннар.

— Кому как не мне? Ульф передал цепь мне. Теперь я тэн!

— Тебе? — не выдержал и спросил я. Тут же все воины развернулись и уставились на меня.

— Ты кто такой? — спросил несколько растерявшийся Хрольф.

— Это нод. Они с братом пришли в селение незадолго до того, как появились драккары ярла… — ответил кто-то.

— А-а-а, нод, — казалось, Хрольф успокоился, узнав, кто я такой, — а что ты тут делаешь? Я думал, все ноды, лишь услышав шум битвы, погрузили всех своих коз на лодки, бросив жен и детей, уплыли.

— Может быть, — пожал я плечами, — за всех говорить не могу. Только за себя. И за себя скажу — я бился здесь наравне с остальными.

— Ты?! — рассмеялся Хрольф.

— Я это видел. Он убил нескольких воинов ярла, — вступился за меня Олаф. Они с Р`амом как раз усаживали старика на землю.

— Нод убил воинов ярла? — удивленно переспросил Хрольф. — В жизни не поверю, пока не увижу собственными глазами! Уж скорее вода в море закипит, а огонь будет холодным. Признайся, нод, ты прикинулся мертвым и лежал под чьим-то телом, дрожа от страха и боясь, что тебя убьют?

Несколько воинов оценили шутку Хрольфа и заржали.

— Может и так, — спокойно ответил я, — лежал и боялся. А знаешь где, Хрольф?

— И где же? — со снисходительной улыбкой спросил тот.

— Неподалеку от умирающего тэна… — сказал я и усмехнулся, увидев, как надменная улыбка сползла с лица Хрольфа. Полюбовавшись этой картиной несколько секунд, я продолжил, — я видел и слышал, как умирает тэн, слышал его последний вздох и его последние слова, сказанные тебе.

— И какие же слова ты слышал, нод? Разве он не хотел мести? Разве он не хотел вернуть честь клану?

Э нет, дружок. Ты надеешься, что я поведусь на это, и начну поддакивать?

— Клан не утратил своей чести, — я указал на поле битвы у себя за спиной, — сражение закончено, и мы вышли победителями. Мы разбили воинов ярла. Разве мы потеряли честь?

— Мы потеряем ее, если убежим, — упорствовал Хрольф.

— Мы потеряем все, если останемся, — ответил я ему. — Ульф хотел, чтобы клан выжил. Честь можно вернуть, он так сказал. И время для мести придет тогда, когда мы сами решим, что готовы. Ульф не хотел, чтобы клан исчез, был забыт.

— Клан и не будет забыт! — взревел Хрольф. — О нашей храбрости скальды будут слагать легенды!

— А разве этого хотел тэн? Разве он хотел, чтобы мы все умерли здесь и о нас слагали легенды? Ради этого тэн сражался? — поинтересовался я.

— Что именно сказал Ульф, перед тем, как сделать последний вздох? — поинтересовался Гуннар. — И помни, нод, если ты соврешь…

— Ульф велел отдать цепь тебе, Гуннар, — сказал я, — а еще тэн велел отправляться к Нуки — отшельнику с юга. Тэн хотел, чтобы мы спасли женщин и детей, чтобы наш род выжил, и…

— Ты врешь, нод! — проревел Хрольф и двинулся на меня, перехватив свою страшную секиру обеими руками.

— Ноды могут быть трусами, могут бояться сражений, но они никогда не врут! — Гуннар стал передо мной, занял боевую стойку — закрылся щитом и выхватил из-за пояса топор.

Рядом с ним тут же стало еще двое воинов.

Двое других подскочили и оказались за плечами Хрольфа. Пока они еще не обнажили свое оружие, но на чьей стороне, понять дали ясно.

— Ты будешь биться за чужака, Гуннар? Поднимешь топор против соплеменника? — зло бросил Хрольф. — Отойди в сторону и дай мне прикончить нода-лжеца. Он просто хочет сбежать отсюда, но боится бежать сам, хочет, чтобы мы поплыли с ним, чтобы он был в безопасности. Из-за него мы опозорим свой род и свое имя!