— Я верю в старшего брата! — девочка по-прежнему его не отпускала.

— Ну и что мне с тобой делать… — парень смягчился. — Ты молодец, но должна понимать, что это только самое начало. На этой дороге ты можешь оступиться буквально на каждом шагу.

— Ммм, — Эрин согласилась. Вдвоем, они присели передохнуть у воды.

Конечно, Дорен не стал бы ей сейчас говорить, как сильно на самом деле она продвинулась. Техники, которым он её учил были лучшими из лучших. Пусть она и не знала еще ни одного заклятия, как только ей дадут возможность, она станет осваивать их со скоростью ракеты. Когда ты начинаешь понимать базовые свойства маны, дальнейшее обучение становится намного проще.

— А когда я буду изучать заклятия? — девочка с любопытством спросила.

— Тебе все не терпится? — парень усмехнулся. — Я бы мог много чего сказать, о том, что еще не время или о том, что тебе нужно для начала освоить другие вещи… Но правда в том, что прямо сейчас я не могу тебя ничему научить. Заклятия, которые я знаю, здесь не работают. Если дело не касается магии душ, я тебе пока еще не помощник.

— Это из-за какого-то там истинного языка? — Эрин взяла в руки плод Трудолюбия. Тяжело вздохнув, она с кислым выражением стало медленно его жевать.

— Да. Именно поэтому мы направимся в столичную академию. Где еще я смогу найти наиболее полные знания о местном развитии мистических искусств?

— Так, а что такое этот язык? — девушке было очень любопытно.

— Я уже раньше спрашивал тебя, как ты думаешь, почему заклятия работают? Прошла неделя, ты задумывалась о правильном ответе на этот вопрос?

— Я думала, но… — девочка начала мямлить. — Это связано с Божественным Законом? — она попыталась ответить на удачу.

— Ха, какая хитрая. Ладно, я рассажу немного. Отчасти, так оно и есть. Ммм, как бы сказать, что бы было понятно. Видишь, чтобы, например, сформировать простейший огненный шар из чистой маны, нужно глубокое понимание этой стихии. — Дорен вытянул руку, и на его ладони заплясало послушное пламя.

— Ого, оно не горячее? — девушка восторженно спросила.

— Мне нет, тебе трогать не советую. Так вот, конечно, есть заклятие, чтобы сделать тоже самое. Прямо сейчас даже ты смогла бы его легко использовать. И огонь был бы мощнее.

— Точно?! — В глазах Эрин на секунду загорелись звезды, но она быстро успокоилась. — Тогда в чем подвох?

— Подвоха как такового нет, но пользуясь только заклинаниями, ты никогда не достигнешь полного мастерства в управлении огня. Итак, как все это вижу я.

Парень сел поудобнее.

— У миров есть своя иерархия. Хотя их расположение может быть хаотично, их взаимосвязь похожа на корневую систему дерева. От более крупных придатков появляются более мелкие. Так же и те миры, что поменьше, подчиняются более крупным. Я не знаю почему, но это так. Есть и самые большие миры, но сколько их, и есть ли среди них наиболее влиятельные я не знаю. У каждого мира есть свой условный хозяин. Этот хозяин — божество, очевидно. И именно этот хозяин в первую очередь решает, как его мир будет работать.

Дорен слегка прочистил горло.

— По-моему мнению, у тех богов, что владеют своими мирами, есть некоторое соглашение. Они не выходят дальше определенных рамок, а может им запрещает кто-то положением повыше, я не уверен. Но некоторые, оставляя лишь базовые законы природы, уходят в полный отрыв. Они похожи на королей-самодуров, которые ради своего развлечения вводят нелепые законы для народа.

— Например? — девочка внимательно слушала.

— Например, я был как-то в мире, где никто не выглядел старше пятнадцати.

— Ээ? — Эрин искренне удивилась.

— Вот тебе и ээ. Я не знаю, чем местный бог думал, и для чего он это сделал, но это было то еще зрелище. В пятнадцать лет у всех живых существ поголовно, останавливался рост и взросление. В некоторых мирах времена года менялись совершенно произвольно. Так, день мог идти один час, а ночь тридцать. И наоборот. Представь себе лето, посреди которого внезапно начинается холоднейшая зима.

— А что такое зима? — Эрин тут же спросила.

На некоторое время Дорен просто «завис». Он с беспокойством стал копаться в своих воспоминаниях.

«Черт, а ведь и правда, в памяти Тарка нет никаких упоминаний о снежных зимах. Здесь порой становится прохладно, но ничего больше. Будем надеяться, что это значит, что это у них просто такой климат, а не то, что некий бог активно вмешивается в дела смертных.

— Это когда резко становится холодно. Урожай на полях тут же погибает, животным становится нечего есть. Человек легко мог замерзнуть до смерти в том мире, если оказывался далеко от дома и был одет не по погоде.

— Какой ужас, — девочка вздрогнула.