— Ты не настолько выбилась из сил, — парень хмыкнул.

— Ну пожалуйста, тебе же не трудно? — она слегка прикусила губу.

Вместо ответа, Дорен просто встал, вместе с девушкой на руках.

— Ого, ты даже не напрягся! Это тоже твои мистические штучки? — Селена в удивлении посмотрела на него, когда он с непринужденной легкостью положил её на мягкий матрас.

— Это не мистические штучки, это упорные тренировки.

— Ладно, как скажешь, — она поудобнее устроилась на подушке. — Так зачем все это было? И почему я должна была быть голой? Хотя насчет второго я и так знаю, это твои странные наклонности?

— Ты сама одна сплошная наклонность. Нужно было проверить твоё состояние. Ты была голой, чтобы случайно не спалить свою одежду внезапным заклятием. Твое тело похоже на засорившуюся трубу, которую нужно было очистить.

— Хи-хи. Я так и знала, что ты просто хотел прочистить мои тру…

— Боже, Селена, ты серьезно? — Дорен закатил глаза. — И куда делось твоё тоскливо-печальное настроение?

— Никуда не делось, все здесь, где и было. Или ты мне весь день предлагаешь слезы проливать? Я уже выплакала все, что только можно. Не хочу больше. О, у меня кожу по всему телу странно покалывает, это нормально? — девушка с удивлением стала осматривать себя.

— Какого рода покалывание? — парень подошел к ней поближе и прищурился.

— Легкое, слегка приятное, смотри, даже мурашки побежали, — она подняла правую руку.

— Это хорошо. Значит, наша процедура сработала. Тут и моя вина тоже есть, из-за твоей уникальности, инструкции, которые я тебе оставил были не совсем точные.

— О? Уникальность? Меня еще никто так завуалировано тупой не называл, так мило.

— Эй, я не называл тебя тупой, о чем ты? — Дорен хмыкнул, не собираясь признавать вину.

— Ой да ладно, я тупая, что в этом такого. Эти магические штуки для меня оказались слишком сложными, чтобы самой их сделать. Но теперь все как надо?

— Вроде как.

Целых полчаса, Дорен контролировал и направлял потоки маны у девушки, укрепляя слабые места и исправляя некоторые мелкие ошибки, которые она допустила, тренируясь самостоятельно.

— Так все же, зачем тебе это надо? — Селена потянула его к себе за руку.

— Разве я уже не сказал? — он лег рядом с ней.

— Да-да, а еще ты сказал, что не очень-то мне и доверяешь. Так не слишком ли много чести для безобидной девчонки?

— Что, разве я не могу помочь даме в беде?

— Угу, — она скептически протянула, — все равно верится слабовато. Как-то ты не очень похож на того, кто действует по доброте душевной.

— Ты сомневаешься в том, что я хороший парень? — Дорен недовольно фыркнул. — Это обидно, между прочим. Как будто я не могу помочь птенцу вырваться из скорлупы и заодно раздобыть немного золота…

— А, так вот в чем дело, — девушка с пониманием закивала головой и негромко засмеялась. — Теперь я спокойна, это уважительная причина. Они, наверное, там хорошо устроились. Можно неплохо поживиться.

— Так что, хочешь узнать о том, что случилось в тот день? — отшутившись, парень, наконец, спросил.

— Хочу, — Селена задумчиво посмотрела на собственную ладонь. — После той ночи, я стала бояться, что случайно сожгу что-нибудь или кого-нибудь. Такое может произойти? — в её голосе послышалось волнение.

— Если бы ты совсем не занималась, то могло бы. Испытывая сильные эмоции, можно случайно использовать врожденную способность, как с тобой и случилось. Но в целом, контролировать процесс совсем не сложно.

Дорен вкратце рассказал ей о существовании родословных, её преимуществах и недостатках.

— Получается, эта штуковина не может возникнуть случайно? — Селена слегка нахмурилась.

— Нет. В твоем роду определенно были люди, которые специализируются на огненных заклинаниях. Причем, скорее всего с элементами укрепления тела, ведь Пламенная Ладонь, это заклятие ближнего боя. С пустого места такая родословная не возникнет. Я так полагаю, у этой семьи глубокие корни.

— Ты хочешь сказать, что какой-то высокородный ублюдок обрюхатил мою мать, а затем бросил её? Не удивительно, что она ничего мне о нем не говорила.

— То, что он её бросил, очевидный факт, но про тебя, скорее всего не знал.

— Да? Ты думаешь? — её голос слегка изменился. Парень про себя вздохнул. Это недоразумение, лучше было закончить сразу же.

— Смешивать кровь с простыми людьми для аристократа крайне унизительно. Возможно, знай он о ребенке, заставил бы твою мать, что-нибудь с тобой сделать, чтобы роды не состоялись.

— А. Вот как. Да и к черту этого урода. Не очень-то и хотелось, — Селена угрюмо отвернулась к стене. Хотя Дорен и не знал наверняка, но он был почти уверен, что ей эта история была вовсе не так безразлична, как девушка хотела показать. Такого просто не могло быть, чтобы за всю жизнь она ни разу не думала о своем отце.