Меня передернуло.

Нет. Теперь все стало понятно.

Его рука слегка сжала мое плечо, я посмотрела на него и увидела, что он смотрел на меня.

— До нее была Конни. До Конни была Донна. До нее — Дебби. И так со средней школы, когда он связался с девчонкой по имени Эмили, после того, как мне надоело целоваться с ней на переменах. — Он снова усмехнулся. — Что случилось как раз, когда она поставила брекеты. Мне нравились мои губы такими, какими они были. Бад ходил с разодранными губами в течение месяца, прежде чем до него дошло.

Мне не хотелось находить это забавным, потому что по многим причинам это было пугающим. Одна из них — что он начал целоваться в средней школе, то есть ему было лет двенадцать или тринадцать, а я считала, что это было немного рановато. А другая причина заключалась в том, что он уже целовался в том возрасте, а мой первый поцелуй случился лишь вчера вечером. Но я не смогла удержаться и захихикала.

Ухмылка Грея переросла в улыбку.

Я прикусила губу и опять посмотрела на другую сторону ручья, решив не думать об этом, и заметила:

— На мой взгляд он не сильно похож на ковбоя с ранчо.

Он им и не был. Холеные руки. Приличная одежда. Одежда Грея тоже была приличной, мужской, хорошего качества, привлекающей внимание, но добротной, а не напоказ. И его руки были нежными, на самом деле, красивыми, но это не означало, что они не были мозолистыми. Грей был мужчиной, который работал руками. А Бад Шарп таким не был.

— У Бадди Шарпа куча проблем. Одна из них — он неженка. Он не любит тяжелой работы. Доводит отца до крайности. Получил какую-то степень, не знаю, в чем, работает в другом штате в крупнейшем отделении банка того штата. Слышал сплетни, так как Бад сам их распространяет, что он зарабатывает большие деньги. У него есть две сестры. Папаша Шарп, кажется, не особо доволен своим сыном. Когда у тебя есть земля, ты передаешь ее своему сыну, которого всю жизнь учил обрабатывать ее. И ты передаешь ее мужу своей дочери только, если у тебя нет сына.

— Папаша Шарп делится этими мыслями со своим сыном? — тихо спросила я.

— Часто и на людях, а значит также часто с глазу на глаз, — ответил Грей.

— Значит, видя, что Бадди не интересуется фермерством и, возможно, ему плевать на твою землю, он затеял семейную вражду по другому поводу?

Я почувствовала, как Грей шевельнулся, и мой взгляд вернулся к нему. Я увидела, что он смотрел на меня.

— Никакой семейной вражды, Айви, мы неплохо ладим. Они делают предложения, мы их отклоняем. У них земли в два раза больше, чем у нас, хотя, она не так хороша. — Он снова улыбнулся, и я улыбнулась в ответ. Затем он продолжил:

— Они разводят скот, у них есть два сада, виноградники, они делают вино. Я нанимаю работников для сбора персиков и обращаюсь за помощью, когда объезжаю очередную лошадь. Во всех остальных случаях есть только я. У Джеба Шарпа пять работников на ранчо, на постоянной основе. Если бы я лишился рассудка и принял их предложение, они были бы рады расширить масштабы своей деятельности. Мой ответ "нет", и Джеб не расстраивается.

— Тогда, в чем проблема Бадди?

— Если бы я только знал, черт возьми, — пробурчал он, снова посмотрев через ручей. — Хотя, мой отец в течение своей жизни часто говорил мне, что любил меня и гордился мной. Он умер, но я хорошо усвоил эти две вещи. Не знаю, что бы двигало мной, если бы мой отец был откровенно разочарован во мне просто за то, кем я был, не таким уж и плохим, пока я не стал мудаком.

Я опять не смогла сдержаться и молча рассмеялась, отчего мое тело затряслось, и Грей взглянул на меня сверху вниз, на его щеке появилась ямочка.

Тогда я успокоилась и тихо сказала,

— Ты тот, кем его отец хочет его видеть.

— Повтори?

Я развернулась и прижалась к нему с боку, откинув голову назад.

— Грей, Джеб Шарп хочет, чтобы его сын был таким, как ты. И, если он не прочь часто и прилюдно говорить своему сыну, что он разочарован в том, кем он стал, совершенно очевидно, что он не раз упоминал об этом.

Взгляд Грея скользнул за ручей,

— Да чтоб меня!

— Впрочем, может Джеб Шарп ничего и не говорит, но Бад Шарп смотрит на тебя и понимает это. Вот почему он пытается обойти тебя хоть в чем-то, с женщинами или зарабатывая больше денег, или в чем угодно, он доказывает своему отцу и всем остальным, что он лучше. — Грей снова посмотрел на меня, и я дала ему совет, — может тебе стоит уступить ему в чем-то.

Этим я заработала себе кое-что особенное, лучший подарок, когда-либо полученный мной. Он разразился смехом, а я наблюдала и слушала, его тело тоже развернулось так, что мы стояли лицом друг к другу, он обнял меня другой рукой и тесно прижал к себе.

Когда он успокоился, но все еще улыбался, его улыбка была широкой и прекрасной, он опустил на меня свой взгляд и спросил,

— И в чем по-твоему я должен уступить ему, куколка? — прежде чем я успела ответить на этот риторический вопрос, его лицо смягчилось, он крепче обнял меня и продолжил говорить. — Потому что, видишь ли, я только что нашел ту, которая мне очень нравится, и Баду она нравится не меньше, и черта с два я уступлю ее ему.

Я почувствовала, как мое тело прижалось к нему, когда мои ноги задрожали.