Полуживая от страха и усталости, миссис Саттон добралась до своего дома. Она проскользнула через садовую калитку и, вставив заранее подготовленный ключ в замок, с облегчением вздохнула. Ей казалось, что опасность миновала.

Внезапно она услышала шаги. Из тумана выросла темная фигура и приблизилась к бедной женщине, немая и угрожающая.

Вдова пронзительно закричала. Ей уже несколько раз приходилось убеждаться, что ее громкие и резкие вопли безотказно действуют на ночных грабителей.

– Мадам, вы забыли свой зонтик в автобусе, - сказал смуглый незнакомец.

– Спасибо, - прохрипела миссис Саттон. Она увидела правильные черты лица, широкие черные брови и живые глаза, переполненные страданием.

– Если я не ошибаюсь, вы сдаете комнаты?
– спросил услужливый чужак. Он был похож на азиата.

И поздний час, и отвратительная погода, и необычный вид незнакомца - все говорило вдове, что необходимо вызвать полицию. У нее уже вертелся на, языке резкий ответ, но в последний момент она нашла лучший выход и только осведомилась:

– Ваши бумаги в порядке?

– Естественно, мадам, - кивнул человек.

– Ну, тогда приходите завтра.

– Но мне уже сегодня нужна крыша над головой, - возразил он.
– Впрочем, посмотрите мой паспорт. Меня зовут Али Чанда. А вот и мои въездные документы.

У Мирзахана был большой запас разных бумаг. Поэтому в случае нужды он легко исчезал, используя подходящее прикрытие.

– Пожалуйста, примите меня, - попросил перс и обезоруживающе улыбнулся. Я заплачу вам за четыре недели вперед. Я студент, у вас не будет хлопот со мной.

Миссис Саттон в конце концов согласилась. На нее подействовал не столько любезный тон незнакомца, сколько страх, что отказ вынудит его к решительным действиям. Она проводила позднего гостя в свою комнату.

– А что вы изучаете?
– поинтересовалась миссис

Саттон, все еще не снимая свое черное пальто.

– Психологию. Меня интересуют пограничные области знаний, особенно парапсихология, - ответил перс.

– А как вы относитесь к сеансам спиритизма, мистер Чанда? заинтересовалась вдова. Она много раз посещала такие сеансы, пытаясь вызвать из потустороннего мира дух своего дорогого Эдварда. Но характер Эдварда после его смерти совершенно испортился. Он то отказывался отвечать, то становился невыносимо грубым.

– Часто люди неправильно понимают, что это такое, - сказал новый жилец с осторожной учтивостью профессионала, объясняющего дилетанту тонкости своей науки.

– Вы не сможете когда-нибудь показать мне это?
– застенчиво попросила миссис Саттон.

– Охотно, - кивнул перс, - но сейчас я слишком устал, простите меня. Вот деньги за четыре недели. Если этого недостаточно, скажите, пожалуйста.

– Ну, с этим можно не спешить, - запротестовала вдова, принимая оплату, в несколько раз превышавшую ее обычные расценки.

Она уже окончательно убедилась, что имеет дело с молодым человеком из высшего общества, а не с одним из этих али, омаров и гасанов, в последние годы наводнивших Лондон и сделавших его небезопасным.

– Спокойной ночи, сэр, - вздохнула миссис Саттон и исчезла.

Мирзахан неторопливо разделся, оставшись в каком-то подобии фартука, и сел, скрестив ноги, на дешевый ковер. Он закрыл глаза и сконцентрировался. Потом перс начал выполнять упражнения дервишей, которые в последние десятилетия даже на Востоке были под строжайшим запретом и применялись только в тайных кружках.

Его тело извивалось в такт неслышимой музыке, голова раскачивалась вперед и назад, длинные волосы спадали на грудь и на спину. Темп движений все возрастал. Голова начала быстро крутиться, так что длинные волосы перса образовали вокруг его головы сплошной черный диск. Белки глаз блестели, в углах губ появилась пена.

Эти упражнения действовали сильнее, чем любой наркотик. У начинающих они часто вызывали безумие или эпилептические припадки, а иногда приводили к смерти.

Перс забыл о только что пережитом болезненном поражении. К нему вернулась прежняя самоуверенность. Он опять приобретет власть над лордом Хаскером и его семьей, и никто не сможет помешать его мести.

Мирзахан тихо засмеялся от радости, мысленно представив себе картину будущего триумфа. Он все еще был в экстазе.

Наконец он лег на спину и вытянулся, часто и коротко дыша. Сейчас он находился в опасном состоянии души. Упражнения одурманили его. Он перенес такую нагрузку, которую обычный человек не выдержал бы.

Через некоторое время Мирзахан поднялся. Он открыл окно. Каменные плиты улицы виднелись метрах в восьми внизу. Перс, не раздумывая, спрыгнул.

Приземлился он ловко, как кошка, не ощутив даже жжения в ступнях босых ног, и волчьей рысью побежал по Риджент-стрит.