Как только я нос к носу сталкивалась с потенциальным противником, Накао кидался на него как обезумевший зверь, а мы с Арле продолжали путь дальше. Первые жертвы стелились перед нами. Их приходилось перешагивать, перепрыгивать. Вскоре Накао догонял нас, и все продолжалось по той же схеме.

Я потеряла счет времени и счет жертв. Мутило, ноги отказывались слушаться, но парни были рядом и только это меня успокаивало. Даже если бы я хотела отступить, я уже не смогла бы сделать этого. Я бежала. И крики застыли в моих ушах под аккомпанемент лязга когтей и клыков. Под трепет крыльев над нами, шелест чешуйчатых хвостов по земле.

– Пришли, - выдохнул Накао и распахнул массивные ворота.

Странно, что они не были заперты. Тяга Диаманты к собственной безопасности дала осечку, но мы обрадовались такому подарку судьбы и, недолго думая, забежали внутрь цитадели. Ворота захлопнулись. Воцарилась гробовая тишина. Страшная и...подозрительная.

– И...что теперь?
– отдышавшись, прохрипела я. Ноги подкашивались, колени дрожали. Я оперлась на них ладонями.

– Я...предлагаю подождать, - ответил Арле, склонившись над каменным полом как я.
– У нас еще есть время. Что скажешь, Накао?

Тишина в ответ.

– Накао?
– повторил кот.
– Ты что, язык проглотил? О, боги...да у тебя же кровь.

– Кровь?
– прошептала я и обернулась.

А крови было достаточно. Глубокий порез над левым глазом, пересекающий бровь, продольные царапины на подбородке, а что хуже всего - рассеченный бок. Чьи-то когти просто оторвали от него кусок, и ручейками густая красная жидкость стекала по штанине.

– Все в порядке, - улыбнулся синеокий, встречая наши испуганные взгляды.
– Жить буду. Эрика?

Я прикусила губу.

– Главное, чтобы с тобой было все хорошо.

Глаза непроизвольно застелила пелена слез. Накао еле стоит на ногах, но даже в этот момент не забывает о моей безопасности. Как жесток и несправедлив этот мир.

– Что бы ни случилось, как бы ни вынуждали обстоятельства...прошу тебя, не иди на крышу. Мы оба знаем, чем это закончится.

Я медленно закивала.

– Не поступай так со мной, - опустил взгляд Накао.
– Потому что я пойду следом. Ты знаешь.

– Не надо, - пробубнила я, вытирая щеки тыльной стороной руки.

– Ты знаешь, что я не могу поступить иначе. А теперь пойдемте. Чем скорее это закончится, тем лучше.

Они уже прошли полкоридора, а я все стояла на месте. Была ли я готова к тому, что должна сделать? Покривила бы душой, если б сказала «да». Парни остановились и обернулись.

– Не бойся, - подбодрил меня Накао.
– Ты не одна. Мы рядом.

Арле принюхался.

– Вообще-то мы здесь не одни.

– В смысле?

– Здесь есть кто-то еще. Хм. Двое.

Буквально доля секунды и перед парнями откуда-то сверху плавно спрыгнули две тени. Только когда они выпрямились, я смогла внимательно рассмотреть их.

Один оказался долговязым шатеном с крючковатым носом. Он едко улыбался нам и изучал прищуренными желтыми глазами. Второй был чернокожий, больше напоминающий шкаф. Гора мускулов, лысая голова и пронзительные фиолетовые глаза, налитые кровью. Угораздило же нас нарваться на таких психов...

– Эрика Бурая?
– поинтересовался у меня долговязый.
– А мы тебя ждали.

Я шумно сглотнула. Вот и все. План Арена провалился. Мы никак не ожидали встретить в цитадели кого-то кроме Диаманты. И умудрились нарваться. Опять все пошло не так. Ну почему все всегда должно пойти не так?!

– Я знаю вас, - протянул Накао.

Арле вопросительно уставился на него.

– Мое последнее видение, - синеокий обернулся ко мне.
– Они были в нем. Они были на крыше.

– Мы ведь...были там одни, - пролепетала я.

– Нет. Эти подошли потом.

– Эти?
– усмехнулся шкафоподобный мужчина.
– Как невежливо. Мое имя - Самюэль.

– Мое - Рафаэль, - добавил шатен.

– Самюэль, Рафаэль...Ариэль, - сама для себя пробубнила я под нос.

– Да, элита Звериной земли, - мечтательно протянул Самюэль.
– Личные воспитанники госпожи. С пеленок и по сей день.

– Черепашки-ниндзя, Ариэль больше не с вами, - процедила я, позабыв страх.
– Он изменился. Диаманта для него ничто.

– Ох, как мне жаль, - хихикнул Рафаэль.
– Обаяние нашего красавчика разбило сердце бедной девочке. Точнее, сейчас разобьет, когда мы расскажем, как все было на самом деле.