Тео и Гален переглянулись. Они еще не решили, стоит ли посвящать Мэг во все детали. Гален пожал плечами, оставив возможность Тео это решить. И отвернулся. Она уже находится в опасности и имеет права знать план.

— Меня лишили титула, потому что мой дядя утверждает, что моя мать все еще была замужем за своим бывшем мужем, когда они с отцом поженились и родился я. Хотя никто не сомневается, что я сын Тэдди, а не ее бывшего. Но брак был незаконный, поэтому и я незаконнорожденный. С учетом этих обстоятельств я не могу быть королем Талании.

Твою мать, говорить об этом было еще больнее. Когда он был подростком, были времена, когда Тео хотелось лишь одного — сбежать из страны, чтобы все осталось позади. Снять с себя ответственность, из-за которой он взвешивал каждый свой шаг. Быть простым гражданином, которого беспокоят лишь обыденные дела.

Он смирился с тем, что стал бы будущим королем Талании, когда ему было чуть больше двадцати лет. Следующие десять он учился всему у своего отца, чтобы стать самым лучшим королем для своей страны. Тем, кого его народ заслужил. Давление ни разу не уменьшилось, но он научился терпеть его, не жалуясь.

А Филипп забрал у него это.

Мэг потянулась и коснулась его бицепса.

— Он ждал кончины твоего отца, верно? Таким образом, не осталось возможности официально усыновить тебя, сделав все законно.

Умная девушка. Он кивнул.

— Блестящая игра.

— Не достаточно блестящая, — пробормотал Гален. — Он все подделал. Ручаюсь за это.

— Данные свидетельства о браке действительны. — Его мать вышла замуж за американца, он и Гален разыскали записи и проверили их. Не было никаких упоминаний о разводе, а это однозначно был тот самый штат, где они расписались. Отсутствие данных значило, что их никогда не существовало.

И значило, что Филипп был прав.

Мэг сжала его руку:

— Так вот почему мы в Германии — из-за свидетельства о рождении.

— Да. Оно единственное отсутствовало в доказательствах Филиппа, который сверг меня с престола до того, как у меня появилась возможность официально вступить в королевские права. Он не из тех людей, кто оставляет лазейку, чтобы кто-то смог в нее пролезть, поэтому должна быть причина отсутствия свидетельства. — Долгое изучение картотеки так ни к чему не привело.

— Трудно получить из сгоревших архивов свидетельство.

— И все же мы хотим это сделать. — Никаких гарантий, что в хранилище будет найдена нужная им информация, но Тео не уедет из Германии, не попытавшись. Он смотрел в лобовое стекло, пока Гален ехал по извилистой дороге. Деревья практически закрывали хмурое небо, грозящее излиться днем дождем. Несмотря на это, повсюду было очень красиво, и он расслабился. — Если не получится, нам просто нужно будет соблазнить Мэг выйти за нас замуж.

Она издала взволнованный писк.

— Это не смешно.

— А кто шутит?

— Ты, засранец, — прошипела Мэг. Она болезненно ткнула в него. — Ты не можешь иметь это в виду, Тео. Я это знаю. Все мы знаем, что из этого ничего не выйдет. Не притворяйся, что это не так. Это жестоко.

Он открыл рот, чтобы возразить, но Гален слегка покачал головой. Хорошо. Тео провел рукой по волосам.

— Мне больно, принцесса, что ты не хочешь остаться с нами.

— Желать чего-то и иметь на самом деле — не всегда одно и то же.

Он знал, что она скажет дальше — приведет длинный список их различий, начиная с суммы на его банковском счете. Для Мэг его деньги значили меньше, чем то, что она могла разделить с ними. Интересно, что во время первый ссоры она обратилась за помощью к Галену. Тео мог бы стать чертовски мелочным и сказать ей, что владения Галена вдвое больше его собственных. Он многое потерял, когда Филипп лишил его титулов, всех денег и имущества, кроме того, что было на его личных счетах. У него имелись сбережения только потому, что ему нравилось играть на бирже — в чем он был более чем хорош.

У Галена все еще был титул. А также две резиденции в Талании — одна в столице Раней, а другая — в центре его владений, в которую входили три города и маленькое селение; от получаемого с них налога он и имел основной доход. Все это могли забрать и у него, если бы они не приняли меры.

Не говоря уже о том, что Гален доверял Тео инвестировать его деньги более десяти лет. Он был богат, даже не имея никаких связей с Таланией.

Тео не мог рассказать об этом Мэг. Она увидела в Галене родственную душу, кого-то, кто прятался в тени Тео, погрязнув в дерьме. А в нем они видели наследника, который вернет себе трон и оставит их обоих по другую сторону от своей жизни.