Постепенно Марика стала догадываться, что Кит и сам не так уж и много знал. Чем дольше она слушала его рассказы про жизнь в городе, тем больше понимала, что это был точно такой же ограниченный мирок, как и их хижина в Лесу, с тем лишь отличием, что молоко давала не коза, а молочник, а вместо лепешек в булочной продавался хлеб. Рассказы Кита о рыночной площади и ярмарке первое время завораживали Марику — но скоро и они приелись, оставив у нее впечатление, что в городе любят все яркое и шумное и совершенно не ценят тишину. Марика и не догадывалась, насколько на самом деле была права.

Однажды вечером, выбирая, что бы еще почитать, она наткнулась на книжку, которую раньше там не замечала. Строго говоря, это была и не книга даже, а тоненькая брошюрка в потрепанной обложке. Марика прочитала название: «Сказки Леса».

— Кто-нибудь знает, откуда это у нас? — спросила Марика, но все молчали. Кит был погружен в чтение, Лагит шила, сидя у окна, Дора вышла доить козу. Не дождавшись ответа, Марика села на пол поближе к разожженному очагу и стала лениво листать странички.

— Ого! Смотри-ка, Кит. Тут про нас с тобой написали.

— Что?

— Сказка. Про нас с тобой.

— Это сказка про очень надоедливую девочку и очень вредного мальчика? — спросила Лагит, не поднимая головы от шитья.

— Ой, бабушка. Не такая уж я надоедливая, — возразила Марика.

— Но я-то точно вредный, — хмыкнул Кит.

— Вовсе нет, — серьезно отозвалась Марика. — Ты совсем не вредный. Пока не начинаешь вредничать.

Кит снова хмыкнул и отложил книгу в сторону.

— Ну, что у тебя там?

Марика тут же выпрямилась и убрала упавшие на лицо волосы. Она все еще не очень хорошо читала вслух и потому нервничала. Лагит отложила шитье и подняла глаза на внучку. Марика откашлялась и начала:

«И была зима. И была весна. И было лето.

И в первый день осени Королева Леса собрала всех зверей и птиц, всех, кто ползал, бегал и летал. И каждый из них получал от нее дар, и каждый из них взамен должен был жить по законам этого Леса.

И подошли к Королеве Гордый Волк и Дерзкий Лис. И Волк сказал:

— О, моя Королева. Сделай меня сильным и жестоким — потому что я не хочу жить по законам этого Леса.

И Лис сказал:

— О моя Королева! Сделай меня умным и хитрым — потому что я не хочу жить по законам этого Леса.

И Королева ответила им:

— Хорошо. Будь по-вашему. Ты, Волк, будешь сильным и жестоким, и ты, Лис, будешь умным и хитрым. Но наступит день, когда ты, Волк, станешь слабым, и ты, Лис, станешь глупым. И тогда вас будут судить по законам этого Леса.

И было по ее слову. Волк был сильным и жестоким, и никто, даже сама Королева, не смел указывать ему. И Лис был умным и хитрым, и никто, даже сама Королева, не мог заставить его повиноваться себе.

Но настал день, когда Волк стал слабым. И настал день, когда Лис стал глупым. И тогда Лес осудил их по своим законам.

Ибо в тот день они перестали быть Волком и Лисом».

Марика отложила книгу. В тишине тихо потрескивал огонь.

— Я одного не могу понять, — заговорил наконец Кит. — А зачем Волку было становиться слабым, а Лису — глупым? У них же был дар от Королевы.

— Но ведь она сама сказала, что однажды будет так, — возразила Марика.

— Значит, она им не подарила силу и ум, а дала взаймы? На время?

— Нет, Кристофер, — раздался от двери голос Доры. Дети одновременно вскинули на нее глаза. Они не услышали, как она вошла. — Просто любой дар однажды становится проклятием. Если тебе нечего дать взамен.

Дети долго молчали.

— Мама, — позвала наконец Марика. — А это правда сказка про нас с Китом?

— Может быть. Если вы тоже хотите никого не слушаться.

Дети тяжело вздохнули — и пошли накрывать на стол к ужину.

— Марика? Ты спишь?

— Нет еще.

— Скажи, а ты хотела бы стать сильной? Такой сильной, чтобы никто тебе был не указ?

Марика немного помолчала.

— Наверное, — наконец неуверенно прошептала она. — Но я бы все равно слушалась маму. И бабушку Лагит. И бабушку Кейзу.

— Почему?

— Потому что они… Они же любят нас. Я не хочу их… расстраивать.

Кит неопределенно хмыкнул.

— А ты, Кит? Ты бы хотел стать умным и хитрым, как Лис?