— А ты молодец! Можешь когда, хочешь! — поднимается с постели и идёт ко мне. Б*я! И она хотела звонить Кариму в таком одеянии?! Ну всё сучка, ты сама напросилась!

— Ты в таком виде в поликлинику собралась? — цежу сквозь зубы.

— Неа, в поликлинику завтра! — останавливается в сантиметре от меня. Смотрит победным взглядом. Опять надула!

Наматываю галстук на кулак, заставляя Ляльку упасть в мои объятия. Несколько мгновений смотрю в глаза. Медленно опускаю к губам потом ниже и ещё ниже.

— Ты хочешь сказать, что оторвала меня от дел, для того чтобы показать свой наряд? — дует губки, машет головой. — А ты знаешь, что врать не хорошо? И в этот раз я просто должен преподать тебе урок! — другой рукой легонько протягиваю по больной щеке.

— Я готова понести любое наказание! — отвечает с блеском в глазах.

Снимаю галстук и завязываю рот, снимаю лифчик. Волна возбуждения уже верует внутри, в штанах тесно. Комната вдруг становится слишком маленькой и жаркой. Нежно целую в губы и резко разворачиваю её тело, прижимая спиной к своей груди. Сжимаю мои любимые цацки и рычу.

— Любое наказание говоришь?! — одним движение срываю юбку, точнее кусок тряпки. Ляля дышит глубоко и часто. Прижимаясь всё теснее к моему паху. Эта женщина просто ненасытная! Она не может насытиться мной, а я ею. Это словно болезнь. Я болен женщиной которая сводит меня с ума. В прямом смысле этого слова.

— Угу, — трётся о моё тело словно маленький котик.

Указательным пальцем рисую на животе узоры опускаясь вниз. Другой держу за шею, целую плечи. Девушку уже начинает трясти от возбуждения. Собираю в кулак маленький белый треугольник и рву под протяжной стон девушки. Подталкиваю к постели и заставляю стать на четвереньки. Подчиняется. Провожу рукой между ног и смеюсь. Река, здесь всегда река, стоит мне только прикоснутся к её телу. Ноги дрожат, я даже сюда слышу как она громко и часто дышит.

Я сам едва сдерживаю зверя рвущегося на волю. Выпускаю на волю уже давно каменный член, даже не раздеваясь. Нет времени заниматься глупостями. И с немалых оборотов врываюсь в мокрую дырочку. Б*я, каждый раз как первый, и всегда мало. Эта женщина словно яд заполняет каждую клеточку моего тела и разума. Каждый раз мы растворяемся друг в друге.

— Ах, — стонет и сама начинает наращивать темп. Хочет что ещё сказать, но галстук не позволяет. Не щадя, вбиваюсь в миниатюрное тело до седьмого пота. Под громкие стоны это делать очень приятно. Большим пальцем массирую другой, пока ещё запечатанный вход. Знаю что Лялька уже близко к пропасти и ещё ускоряю темп.

— О Боже! — едва различаю слова когда она кричит от оргазма, сжимая мой член внутри. Всё тело пробивает ток от эйфории. Но я еще кончать не намерен. Только после наказания.

Отстраняюсь и развязываю рот. Быстро связываю руки за спиной и шепчу на ушко:

— А сейчас обещанное мною наказание! — Ляля ещё не понимает моих слов. Вижу как она пытается привести в норму дыхание и разум, который каждый раз при оргазме улетучивается и она становится послушная.

Направляю член в анальную дырочку и по сантиметру ввожу. Дурдом как тут тесно. Б*я главное не сорваться. Разум начинает затуманиваться и я со всех сил стараюсь не упасть в беспамятство. Если сорвусь, могу порвать.

Я знаю что боли не избежать, поэтому держу одной рукой за подбородок и шепчу на ушко:

— Ты же знаешь, сначала боль — потом ад! — вижу как из её глаз начинают котиться одинокие слезинки. Прикрывает глаза и уже сама начинает медленно двигаться поглощая мой член своей попкой. О да, уже теперь моё тело начинает пробивать дрожь и нетерпение. Очень хочется сорваться и трахать до искр.

Хватаю за затылок и впечатываю лицом в постель. Начинаю двигаться быстрее. Нет сил сопротивляться самому себе. Чувствую что я тоже недалеко от пропасти. Несколько мгновений и я присоединяюсь Ляльке.

— Ох, б*я, кукла! — кончаю в только что расшитую дырочку и падаю на постель. Лялька падает возле меня.

— Не хочешь мне руки развязать? — шепчет едва слышно.

— Хочешь меня прибыть? — ржу и развязываю руки. Возможно завязал слишком туго. А я не хочу видеть на моей женщине синяки, даже от занятия сексом.

— Знаешь кто ты? — мурлыкает кукла. Ложиться на мою грудь. Одной рукой поглаживая щеку.

— Кто? — прижимаю тесно к себе. Целую в волосы. Только возле этой женщины я ощущаю себя живым.

— Козёл ты бульдозер! — не понял. Это что-то новенькое.

— Поверь, это первый раз аналочка будет болеть. Через неделю сама попросишь трахать тебя туда! — ржу. Королева фыркает, поднимается на локти.

— Миш, теперь всё будет хорошо? — в глазах опять тревога. За последний месяц она часто задаёт этот вопрос.

Поднимаюсь и я. Прислоняюсь лбом к её и говорю уже в тысячный раз:

— Она не выйдет из тюрьмы до конца жизни. А Фикс мёртв. Я же говорил, что его пристрелили при задержании. А маму твою скоро найдём, не переживай! — обнимаю и падаем обратно на постель.