Карн нагнулся, чтобы поцеловать ее щеку. Она слишком много пережила в прошлом году, подумал он и сказал:

— Ты помогла мне гораздо больше, чем входило в твои обязанности. Иди, поищи своего мужа и ребенка и как следует отдохни. — Он подал руку и помог ей встать.

Краешком глаза он видел, как она шла. Кит измождена. Он хотел бы еще кого-нибудь найти в компаньонки Шарлотте и дать Кит отдохнуть. Он чувствовал страшное раздражение оттого, что за семнадцатилетней женщиной надо следить как за четырех— или пятилетним ребенком.

Карну показалось, что за Гигиенической постройкой, где предположительно была Шарлотта, что-то движется. Есть ли там дверь в задней стенке? Он никогда не видел Гигиенички с дверью сзади. Он кинулся по траве к постройке так быстро, как только мог, но все же опоздал. Мужчина, оглядев постройку, снова нырнул за нее. Карн бросился в погоню, но мужчина добрался до деревьев, окружающих Совет, до того, как Карн добежал до Гигиенички. На мгновенье мелькнул нос убегавшего, не оставляющий сомнений, что он был из Харланов. «Одно из несовершенств совершенного размножения Харлана — это нос, — прошептал он про себя. — И я один из очень немногих людей вне Харлана, кто знает об их генетическом совете и его программе размножения».

Карн вернулся, чтобы тщательно осмотреть заднюю стенку Гигиенички. Он услышал, как спереди открылась и со щелчком закрылась дверь. Задняя стенка была гладкой. Тонкая фанера не имела отверстий, но тот человек и Шарлотта могли переговариваться через нее без всякого труда.

«И о чем Шарлотта говорила с мужчиной из дома Харланов? Замышляла побег? Или измену? Или устраивает назначение?»

Карн поспешно обежал постройку, чтобы поймать Шарлотту до того, как она откроет, что Кит ушла и можно раствориться в толпе. Он видел, что она ищет Кит. Ее шаги ускорились. Он кинулся к ней и схватил ее за руку. Шарлотта в испуге отпрянула. Она обернулась, чтобы увидеть, кто держит ее за руку, и лицо ее побелело.

— О чем ты говорила с человеком из Дома Харлана, Шарлотта, в месте, которое служит для полного уединения? — Его голос был раздраженным, как и он сам.

Шарлотта откинула голову, глаза ее блестели.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, ревнивый дурак.

Карн остановился и резко повернул ее так, чтобы можно было схватить ее другую руку. Он с удовольствием отхлестал бы ее сейчас, и был бы перед законом прав, но он слишком часто видел, как это наказание применялось к Кит, да и к нему самому.

— Ты делаешь мне больно, — задыхалась она.

— Ты делаешь больно моему Дому. Я имею полное право избить тебя до крови за твои секретные встречи с мужчиной.

— Я ни с кем не…

Карн сжал ее руки так, что она вздрогнула, и как следует ее встряхнул.

— Не лги мне, Шарлотта. Я его видел.

— Я уже говорила, что ты ревнивый дурак, и тебе Бог знает что мерещится. Ни с кем я не говорила.

Подтолкнув ее, Карн заломил ей руки за спину и повел к флиттеру. Подсадив ее на крыло, он втолкнул ее в кабину. Увидев, что Шарлотта упрямо надула губы, Карн приказал солдатам, охраняющим флиттер, применять станнеры, если будет необходимо ее удержать. Затем он вернулся, чтобы попрощаться.

Когда через несколько минут он усаживался в кресле пилота, Шарлотта зло глядела на него из пассажирского кресла, в котором один из солдат привязал ее не только ремнями безопасности, но и связал ей манжетами запястья, чтобы она не смогла освободиться.

— Похоже, ты причинила охране беспокойство, — заметил Карн.

Шарлотта посмотрела на него с вызовом, но ничего не сказала. Это вполне устраивало Карна, потому что он еще не знал, как говорить с ней в этот момент, и пытался сдержаться.

Четыре года напряженного труда, попытки изменить политическую и социальную систему Старкера-4, а когда, наконец, показались проблески надежды, его жена собирается уничтожить его репутацию.

Карну хотелось бы верить, что ее действия были заговором с Харланом и Рицем с целью унизить Дом Халарека. Он умел управлять заговорами. Заговорщиков можно было подкупить, запугать, склонить к измене. Он не верил, что здесь заговор. Шарлотта действовала в своих собственных интересах, для себя. Ее необходимо так же строго изолировать в поместье Онтар, как Ричарда в Бревене, и у нее должна быть компаньонка, которая будет заниматься только ею и у которой не будет мужа и детей, отвлекающих ее.

Леди Агнес. Когда бы слово «компаньонка» ни произносилось в Доме Халарека, воображение немедленно рисовало высокую, худощавую леди Агнес, дальнюю родственницу, няню всех детей в Доме Халарека, преподавательницу хороших манер для девочек и самую строгую компаньонку. Леди Агнес представляла собой некий образец, и если он попросит, она придет к нему, потому что всегда его любила.

Карн вспомнил, как раздражали Кит строгие правила леди Агнес. Кит — сорванец, Кит — хулиганка, Кит — невыдержанная. Кит смогла вырваться из цепких пальцев леди Агнес только после замужества. Леди Агнес приглядывала за Кит по ее просьбе, даже когда Кит жила в Доме Одоннела. Она взяла на себя заботу о ребенке в то время, когда Эннис и Кит бежали. Карн невольно улыбнулся, воображая реакцию Кит на возвращение леди Агнес в Дом Халарека.