Ричард, в замешательстве зависший в жизнеподобном реализме за доской Председателя, изучал свои тщательно ухоженные руки. Казалось, он сможет дотронуться до Гашена, если нагнется.

— Кажется, я получил очень важную информацию, — сказал Ричард, не глядя. — Ребенок точно лорда Николаса. Доказательство прелюбодеяния налицо.

Комната Совета загудела. Люди задвигались на своих местах. Голос из младших Домов, достаточно громкий, чтобы быть пойманным три-д оборудованием, произнес:

— А вы чем занимаетесь, дамский угодник? Вы будете даже счастливее, чем фон Шусс, когда сможете продлить свой род.

Брандер отвернулся, чтобы спрятать улыбку, которую не удалось остановить — Ричард уже продлил свой род.

Ник фон Шусс остановился там, где был, и обернулся к ряду младших Домов. Он раскрыл было рот, но, ничего не сказав, снова повернулся и вышел.

«Недурно. Недурно. Какое самообладание у темпераментного Наследника. Не удостоить обвинение ответом. Et cetera».

Послышались протестующие голоса.

— Это говорите вы? После посещения проституток в Бревене? — Сердитый голос звучал из секции Свободных.

Гашен дважды стукнул молоточком по доске.

— Прошу соблюдать порядок, лорды и Свободные. Никто не просил слова и не представлялся. — Он повернулся к Ричарду. — Простите за заминку, милорд. Вы хотите что-то добавить?

— От имени моего кузена Энниса и нашего Дома я обвиняю леди Катрин Халарек и лорда Николаса фон Шусса в прелюбодеянии.

— Милорд, — Гашен был подчеркнуто вежлив, — вы выдаете желаемое за действительное. Я не могу позволить вам продолжать. Для прелюбодеяния нужна оскорбленная сторона. Последний муж леди Халарек умер. А раз нет никакого греха, то не может быть и обвинения. Наконец, милорд, сейчас вы не можете говорить от имени вашего Дома. — Гашен неприязненно посмотрел на Ричарда и демонстративно повернулся к нему спиной. Он протянул руку, и изображение Ричард исчезло.

Брандер со злорадством представил себе ярость Ричарда и от обращения с ним Гашена и от его собственной неспособности воспрепятствовать этому. Некоторое удовлетворение можно было угадать и в ропоте, прокатившемся по комнате. Брандер уловил кусочек разговора, в котором с завистью говорили о том, что лорд Николас отхватил себе жену. Брандер понимал огорчение молодых мужчин и еще раз порадовался тому, что сам не испытывал в этом физиологической нужды. Он бы хотел иметь жену только из-за возможности получить власть, которую она принесет в приданое.

— Если нет другого мнения, я предлагаю Совету ввести в должность лорда Бенжамина III Роула и принять присягу Домов Ганнета и Рудера Дому Джастина. Есть возражения? — Гашен посмотрел на Изана, который сидел, опустив голову.

«Отпускаешь их, Изан? Каждое дезертирство ослабляет наш Дом, но идет тебе на пользу, не так ли?»

Желчь поднялась до горла Брандера, и он сглотнул ее. Сейчас он ничего ну может сделать, чтобы нейтрализовать эти опасные действия. Изан Грент управляет Харланом прямо из Совета, и более слабые вассалы поддерживают его.

«Время. Если бы я имел больше времени. Брассик и Джура поддержат меня. Позже присоединится Линн».

У доски БенжаминIII Роул принимал хартии своего Дома из рук Председателя.

«Абсурдный обычай — возврат хартий в Совет, когда умирает глава Дома. Это должно быть делом Домов. Как Свободные могут терпеть, что кто-то их контролирует?»

Брандер пристально смотрел на Председателя, обгрызая заусенец на указательном пальце.

Ганнет и Рудер подошли к доске Председателя, и Эллит Джастин обменялся с каждым из них символическим поцелуем мира и передал им символические дары вассалов.

Злость Брандера нарастала. «Что за торопливость, джентльмен? Вы хотите укрепить ваш союз на случай возможного нападения и не хотите ждать обычной церемонии в Большом Зале Джастина? Чего вы боитесь?»

Ганнет и Рудер заняли свои стулья среди младших Домов, бледные, но уже успокоившиеся.

— Теперь дело Ката, — Гашен внезапно прервался, потому что Оберт, лорд Кат, поднялся для того, чтобы его все увидели.

— Я просил бы, чтобы Совет отложил этот вопрос до следующего заседания. Есть вероятность, что он может быть решен путем переговоров.

Неодобрительный шумок пронесся над скамьями Девятки и младших Домов.

«Я вижу, что Халарек приложил к этому руку. Переговоры! Это женщины переговариваются. Мужчины дерутся!»

Румяное лицо Оберта побагровело, но он не взял назад свое предложение.

— Тогда мы перейдем к порядку наследования Харлана. — Гашен сел у своей доски и развернул несколько пластиковых простыней. — Большинство вассалов Харлана требуют изменения порядка наследования по следующим причинам:

Первое. Ричард Харлан находится в одиночном заключении, не имеет отношения к делам в Харлане в течение четырех лет и не будет иметь еще в течение пяти. Харлану нужен сильный человек, который может руководить.