В конце концов ей давно не было так спокойно.

— Поздно, — сказала наконец Вира. Мужчина неохотно разжал руки, выпуская ведьму на волю, но та сначала невольно подалась вперед, а потом испуганно шагнула назад, отворачиваясь.

— Вира, вы… — он хотел сказать другое, но с губ слетело: — Красивая.

Рука коснулась тяжелых кос.

Девушка обернулась, всмотрелась в лицо собеседника, но насмешки там не было.

— Вы определитесь уже, ты или вы, — прошептала она.

— Это был комплимент, — Янус улыбнулся.

— Я догадалась.

В коридоре послышались шаги. Ведьма, воспользовавшись моментом, тут же юркнула в дверь, ведущую в прихожую, Янус развернулся к той, которая вела в "спальный" коридор.

— А, это ты, — произнесла Алиса разочарованно, увидев отца.

— А ты кого ждала? — удивился тот.

Девочка мечтательно улыбнулась.

— Я думала, может разбойник какой или вор прокрались в дом. Или ведьма вернулась…

— Лиса! Это что за фантазии?

— Скууучно здесь, — протянула Алиса.

— В пансионате было веселее?

— Ага. Я там теток доставала.

— А здесь "тетки" не поддаются? — усмехнулся Янус.

— Да здесь и помучить некого! — с независимым видом произнес ребенок. Но Дирек уловил нотку досады в ее голосе и понял, что попал в точку.

— Лиса…тебе со мной плохо?

Несколько секунд девочка удивленно смотрела на офицера, а потом топнула ногой и стремглав выбежала из комнаты.

Озадаченный отец ушел думать о своем поведении и готовиться к утренней беседе с дочерью. Некоторые вещи им стоило давно обсудить, но Янус подсознательно боялся таких разговоров. Однако тянуть до бесконечности невозможно, тем более теперь они собираются жить вместе.

На следующее утро Алиса прямо после завтрака растворилась в комнатах дома. Словно почувствовала, что ее ждет серьезный разговор. Янус по нескольку раз проверил все жилые помещения, но ребенка нигде не нашел. Не поленился он и заглянуть в шкафы и прочие укромные местечки, но то ли девочка умело перебегала с места на место, то ли и вправду на хозяйской половине отсутствовала. Мужчина перешел в служебную часть дома.

В кладовке обнаружился непонятно откуда взявшийся рыжий кот, спящий на старой табуретке, в подполе — мыши. Со стороны двери, что вела на задний двор, раздавались голоса.

— Говорят, мэр опять приезжал. Правда, что ль?

Вопрос Меланьи отвлек нерадивого отца от тяжелых раздумий о его отношениях с дочерью. Что эта женщина делает в его поместье? Она здесь уже не работает!

— Да приезжал, было дело, — молодая поломойка загремела ведром. — И чего таскается, не понятно.

— Мож, он дочку за офицера выдать хочет?

Фира недоверчиво фыркнула.

— Да кому он нужен-то, хозяин наш? Не молодой, да с дитем.

— Зато с домом.

— Баб Мил, что толку в том доме-то, если денег у него нет?

— Так уж и нет? Любовницу-то привез. А это дело дорогое.

— Вам бы все сплетни собирать. Не видала я, чтоб они миловались. Господин Айзек и то к этой Лизке больше внимания проявлял.

— А приблуда та как? Все с хозяевами столуется? Вот же ж хваткая девка! Своего…

Загромыхали ведра, словно их подхватили впопыхах.

— Что растопырились на проходе? — Сильный голос Дарьи, неожиданно появившейся на пороге, напугал не только поломойку. — Фира, тебе что, делать нечего, расселась тут. А ну марш белье стирать! А ты Меланья, зачем сюда таскаешься? Языком и в деревне почесать можно.

Девушка с ведрами пробежала мимо Дирека в сторону кухни, едва не сбив его с ног. Следом появилась старшая над прислугой.

— Ваше благородие, — женщина приподняла удивленно брови. — Что-то случилось?

Янус поколебался с ответом. Потом все-таки спросил:

— Дочь мою не видели?

Дарья понимающе кивнула.

— Попробуйте поискать или в библиотеке, или на кухне, — со знанием дела подсказала она.

— Почему там? — удивился офицер выбору комнат.

— Библиотека — место таинственное и редко посещаемое. А на кухне всегда можно отыскать сладкое.

Дирек поблагодарил за совет и отправился ему следовать.

На кухне девочки уже не было. Уже — потому что Вира искала, куда делся кусок сладкого пирога, который Дарья, иногда помогающая ей с готовкой, сделала к полуденному чаю. Янус немного понаблюдал за деловито орудующей у плиты ведьмой и ушел в другую часть дома.

В библиотеке было сумрачно. Сюда давно никто не заходил — зачем? Комната была маленькой, темной — единственное окно, которое выходило на север, не особо его освещало, и пыльной. Половины книг не было, а оставшиеся в беспорядке валялись на полках — видимо, так их сложили слуги после обыска. В единственном кресле лежал потрепанный экземпляр "Старинных легенд", а из-за его ножек торчала потертая женская туфелька.