— У высокорожденных скворан свои заскоки, особенно если хал влюблён, — недовольно фыркнул Яр. — Скай жаждет смерти твоего бывшего парня. Как там его зовут, Том? Слышала о кассет?

— Традиция дикости? … Но … этому нужно помешать, это же немыслимо! — потрясенно выдавила Кьяра, уцепившись Яру в плечи. — Как мне его переубедить? Ярос, мы должны что-то сделать!

— Никак. Ты вообще будешь делать вид, что ничего не знаешь! — приказным тоном, прошипел Яр. — Иначе он запрет нас всех в грузовом отсеке, сунется один на рожон к имперцам и угробит себя. Поняла? Здесь нужна особая тактика. Ничего не говоря, нужно так тонко испортить прибор Тана, чтобы даже сам Тан не подкопался. И кстати, про твои камушки они знают, так что минералы подсунуть уже не удастся. Здесь нужно что-то более креативное. Не хмурься, посмотри на это с другой стороны, — Яр потеплел и улыбнулся, коснувшись её щеки. — Хорошо, что у тебя был всего лишь один парень, а не целая дюжина!

— Ты, конечно, умеешь поднять настроение, — мрачно заметила ему Кьяра. — Почему он ничего мне не сказал?

— Дурак он что ли, говорить тебе? А я рассказал лишь потому, что мне будет нужна твоя помощь. Я тоже не хочу, чтобы Скай рисковал по такому идиотскому поводу, гоняясь за этим имперским сучонком. Поэтому если хочешь спасти любимого, будешь делать то, что я тебе скажу.

— Я больше ничего не испытываю к Тому, он мне никакой не любимый!

— Да я имел в виду Ровера, — усмехнулся Яр. — Но тебе ведь жаль этого солдатика?

— По-человечески да, я не желаю ему смерти, и не хочу, чтобы Ровер пачкал руки в его крови. Это неправильно. Это чудовищный обычай! Я … я не знаю, если Ровер всё-таки пристрелит Тома, смогу ли я после этого любить его так как прежде.

— Вот поэтому нам придется уйти в ополчение. И не вздумай даже намекать ему, не смей даже близко подходить к теме обычаев и бывших парней. Шлёпай отсюда и жди моих дальнейших указаний. Кьяра, скажи, что поняла? — в ожидании Яр строго изогнул бровь.

— Поняла.

Как же тяжело было скрыть от близкого, ставшегося тебе родным человека свою осведомленность! Казалось, даже в самом её взгляде застыло беспокойство и укор, не смотря на то, что она всё так же сильно продолжала его любить. Но ведь это же был скворанин. Ровер почувствовал, что с его девушкой что-то не так.

— Что тебя тревожит, Колючка? Я же вижу, не отпирайся.

— Меня мучает мечта, — проговорила Кьяра, грустно улыбнувшись, и она в действительности мечтала об этом. — Я хотела бы, чтобы мы сию секунду развернули корабль и прыгнули в гиперпространстве так далеко, насколько возможно отдалится от космотории Империи, Скворана, всего этого сопротивления и преследования. Мне хотелось бы оказаться с тобой в совершенно иной галактике, в каком-нибудь первозданном безопасном месте, где мы смогли бы жить и не бояться.

Но её слова возымели на Ровера совершенно иное действие — в порыве сильнейшего эмоционального раздражения он выскочил из каюты. Кьяра догнала его в каюте отдыха, где он принялся всё ломать и крушить, с совершенно исказившимся от ярости лицом.

— Почему ты злишься, Скай? Что я сказала не так?

— Потому что я не могу тебе этого дать! — дрожа, прошипел он. Его глаза каждую секунду меняли свой оттенок. Но вид плачущей девушки остудил его скворанский пыл.

— Это не важно, — выдавила Кьяра. — Я не предам тебя и не оставлю, и буду рядом, где бы ты ни был, сколько нам не будет отпущено.

— Прости, — обескуражено прошептал Ровер, прижимая её к себе. — Я не хотел тебя огорчать. Меня взбесила мысль, что со мной ты не можешь быть в полной безопасности, не можешь позволить себе беспечного счастья и такой роскоши, как свой дом. Вместо этого тебе приходится скитаться с татуированным засранцем, на которого объявлена охота. Я сам уже не раз подумывал затеряться где-нибудь в глубинах космоса, но раньше у меня не было такого стимула, мне наоборот нравилось дразнить преследователей, рискуя каждый день своей шкурой. Для путешествия в иные галактики нужен сверхмощный корабль, из последних разработок, ресурсы, которые помогут существовать в другом мире, оружие ясное дело, и команда побольше. А для всего этого нужны большие средства. Но я что-нибудь придумаю, обещаю.

— Всё в порядке? — с осторожностью заглядывая внутрь разгромленной каюты, поинтересовался Яр, многозначительно покосившись на заплаканную девушку. — Скай, там требуется твой глаз, пришлось изменить координаты. Тану нужна наводка поточнее.

И как только Ровер отправился в рубку, Яр прошептал с заговорщицким видом, схватив Кьяру за руку:

— Прямо сегодня начинай притворяться, что у тебя жутко болит живот. Причём, что бы они тебе не давали — продолжай корчиться. Мне нужно, чтобы Ровер сменил курс, и заглянул в одно место. Без вопросов! Так надо!

— Есть, сэр, — не весело выдавила девушка.

Пощадив свою и так расшатанную нервную систему, Кьяра не стала донимать Яра подробными расспросами, главное, что это требовалось для их диверсии. И когда в течение дня Ровер заглянул к ней снова, она с самым несчастным видом, лежала свернувшись калачиком, жалобно постанывая.

— Эй, что с тобой, тебе нехорошо? — тут же встревожился Ровер, и в глубине души, Кьяру начала мучить совесть и стонать она начала ещё натуральней. — Где болит? У тебя эти дни, нет? Дай я пощупаю живот, я в этом немного разбираюсь, — очень аккуратно, он надавливал ей на живот своими изящными длинными пальцами, поглядывая на девушку с нежным сочувствием. — Может, ты что-то съела?