Адель сидела недалеко от сцены и вертела в руках свою номерную табличку. Пусть девушка и зарабатывала хорошие деньги в «Пороке», но их уж точно не хватит для покупки какого-нибудь произведения современного искусства. В целом Адель никогда не питала особой страсти к картинам. Если бы на аукцион выставили дневник какой-нибудь знаменитой танцовщицы, то всё было бы иначе.

Девушка находилась на этом вечере лишь по той простой причине, что его устроил Зейн. Она не знала, почему так ведет себя, не знала, чем мог ее зацепить этот своенравный мужчина, но уходить отсюда Адель решительно не желала. Их игра лишь приближается к кульминации и нельзя просто так оставить это без внимания.

Когда гости заняли свои места, а Ральф уже был готов начать аукцион, на сцену внезапно поднялся Зейн с бокалом шампанского в руках. Мужчина чувствовал себя совершенно спокойно и расслабленно. Взяв микрофон, он повернулся к гостям и обаятельно им улыбнулся. Его феноменальный талант изображать на своем лице фальшивые эмоции, которые все принимали за настоящие, не оставлял места для сомнений в способностях Демона. Все присутствующие женщины видели перед собой галантного мужчину лет тридцати с густыми черными волосами и безукоризненным вкусом в одежде. Его цепкий взгляд разрушал последние оборонные стены прекрасного женского пола. Если бы Зейн захотел кого-то прямо сейчас заманить в свою постель, то у его бы спальни стояла длинная очередь. Демон обладал таким очарованием, что любая девушка рядом с ним теряла голову, кроме одной рыжеволосой особы.

— Дорогие гости, — обратился Зейн. — Я рад, что вы посетили мой скромный вечер и решили немного пожертвовать для людей, которые больны раком. Это смелый и благородный поступок. Но особенно, мне хотелось бы отметить одного моего старого приятеля, — Демон перевел свой взгляд на крупного мужчину, который сидел во второму ряду. — Джек Ривз — великий поклонник абстрактной живописи. Он так долго и так трепетно собирал свою коллекцию. Каково было моё удивление, когда Джек пожертвовал ее для нашего аукциона, — Зейн сделал вид, что тронут благородным поступком своего бывшего друга.

Джек во все глаза уставился на Демона и до последнего момента не верил его словам. Коллекция редких картин находилась в загородном доме и никуда от туда не могла деться, тем более повсюду включена сигнализация. Но когда ассистенты аукциониста внесли первую картину в зал — Джек чуть не лишился сознания. Живопись всегда была слабым местом Ривза, и Зейн не мог об этом не знать. Чертов ублюдок обставил наркоторговца, как несмышлёного мальчишку. Пусть так, но Джек обязательно нанесет ответный удар.

Окончательно мужчина пришел в себя, когда из-под молотка ушло уже три его картины. Зейн сидел в первом ряду и наслаждался реакцией Ривза. Для него возмущение, негодование и страх бывшего товарища было слаще любого меда. Здесь даже пуля не нужна, достаточно просто упиваться бессилием врага.

Аукцион проходил как никогда удачно: все гости охотно выкупали картины и подымали цены до небес. Богатенькие махинаторы внезапно обрели тонкую душу, что тянется к прекрасному? Как бы ни так! Зейн прекрасно знал, что все эти люди, которые ценят бумажки, больше чем что-либо хотят лишь показать, что, действительно, заботятся о тех, кто неизлечимо болен. Никто из них по собственной инициативе и цента не перечислит на счет городской больнице. Да и на аукцион они явились лишь потому, что боялись Демона. Его власть уже давно была не той, но человеческая память вопреки всему всё равно хранила ужас, который нагонял на всю округу Зейн в свои лучшие годы.

Впрочем, и он сам не жаждала кому-то помогать. Этот вечер был лишь официальной демонстрацией возвращения Демона в прежние ряды. Он никогда не умел испытывать сочувствия и по большому счету Зейн призирал любые нормы хорошего тона. Но разница была лишь в том, что он этого не скрывал под дешевой маской тактичности и пацифизма. Именно страх возвращает человеку его чистый облик, с которым он был рожден. Лишь война показывает, кто ты есть на самом деле.

Конечно, все вырученные деньги будут перечислены по назначению. Но Зейн делал это далеко не из благородных побуждений: он просто хотел выглядеть в глазах общественности эдаким белым рыцарем. За плечами нужно иметь крепкую поддержку, которая появляется лишь благодаря угрозам и широким жестам.

После того, как картины были удачно распроданы, а Джек почти находился в полуобморочном состоянии, настало время аукциона, где главный приз — ужин с симпатичной и самодостаточной женщиной.

Воспитанные ассистенты Ральфа помогли подняться на сцену трем зрелым женщинам в дорогих вечерних нарядах с прекрасным макияжем и аккуратными прическами. Женщины приветливо улыбались публике и уже искали жадным взглядом потенциального покупателя. Ни одна из дам, которая стояла на сцене не заработала за всю свою жизнь и доллара собственным трудом. В основном они управляли компаниями, что перешли по наследству или сорили деньгами налево и направо, что так усердно зарабатывает их новый «папочка».

На сцену вышла и Вивьен, что стало для Зейна полной неожиданностью. Похоже, его тайно решили сегодня все свести с ума, раз делают всё, чтобы Демон окончательно вышел из себя. Хоть ему и не понравилась выходка бывшей игрушки, мужчина не предпринял попытки усмирить ее. Может, вечер с Вивьен купит какой-нибудь одинокий бизнесмен и она, наконец, оставит Зейна в покое? Нет, такого чуда уж точно не произойдет. Мало кто захочет выкупать девушку Демона, да и она сама слишком к нему привязалась, чтобы вот так просто уйти. Хотя он бы совершенно не стал препятствовать Вивьен. Ее личико было слишком миленькими, чтобы всаживать в него несколько пуль.