Шрифт:
— Не плачь, любимая. Прошу, не надо. Я быстро вернусь, обещаю.
— Но куда ты? Зачем?
— Я хочу разыскать тех, кто много столетий назад уплыл с Тархой. Они не могли исчезнуть без следа…
— Но зачем?
— Возможно, с их помощью я смогу стать Правителем Леании…
Глава 2
Перед тем, как отпустить Арсая, Ксана сняла с руки скромный медный браслет и протянула возлюбленному:
— Возьми его с собой Арсай. Он укажет тебе путь ко мне, если ты вдруг заплутаешь…
Маг с улыбкой принял украшение:
— Я вернусь, Ксана. И мы поженимся.
Покидая селение, Арсай невольно задумался над фразой возлюбленной: "Укажет тебе путь". Укажет путь… Только сейчас маг осознал, что он понятия не имеет как и где он будет искать потомков тех, кто ушел с Тархой. Ксана не просто ведь отдала браслет, в её словах есть смысл. Если браслет укажет путь к возлюбленной, то вещица принадлежавшая когда-то Тархе или ее младшим сестрам, возможно тоже поможет. Но где бы раздобыть такую вещицу. Размышляя над этим вопросом, маг доехал до развилки дорог и остановился. Если он поедет прямо, то уже утром сядет на свой корабль и может отправиться в путь. А если свернуть направо, то утром он будет в своем родном селении, где прошло его детство. Из всех, кого Арсай сейчас был бы рад видеть, в селении оставался лишь один человек. Это его старая кормилица Банча. Он не может уплыть не повидавшись с кормилицей. Банча дорога его сердцу и возможно кормилица знает ответ на вопрос…
В шатре кормилицы время будто остановилось. Арсай с грустью и сладким томлением разглядывал такую знакомую и довольно скромную обстановку. Все та же утварь возле очага. И даже его любимая глиняная миска, из которой Банча кормила маленького Арсая. В корзине за очагом лежали старые игрушки и маг улыбнулся: кормилица сохранила всё, что любил и помнил Арсай.
Сама Банча, счастливо улыбаясь, протянула магу кувшин с теплым молоком:
— Я уж и не чаяла так скоро свидеться, Арсай.
— Кормилица, не говори так. Я никогда не забываю о тебе.
— Знаю, Арсай, знаю. Это уж я так, по-стариковски ворчу.
Арсай потянулся и поцеловал Банчу в щеку, от чего глаза кормилицы наполнились слезами.
— Ну, какая же ты старая, кормилица? Вот я скоро женюсь, ты еще моего сына будешь в люльке качать.
— И, дорогой… Старая я уж для няньки. Невеста кто?
— Ксана, дочь шатёрницы Рианы. Из селения, что возле Слепой горы.
— Слышала про неё. Говорят красавица, что глаз не отвести.
— Кормилица, дай совет…
Банча с материнской нежностью посмотрела на Арсая и кивнула.
— Ты ведь знаешь, кормилица, как я пекусь о сохранении обычаев и традиций. Хочу невесте перед свадьбой подарок сделать — украшение подарить, да такое, как в старину делали. Да вот загвоздка — мастера нынче все на иноземные поделки засматриваются, да подражать пытаются. А мне хочется чтобы родное, исконное было. Давнишнее, со времен пяти сестер…
— Эк ты хватил, со времен пяти сестер. Да где же тебе такое найти?
— Кормилица, потому у тебя и спрашиваю. Матушка моя покойная, страсть как любила всякие украшения. Неужто у неё не было старинных?
Банча хмыкнула:
— У матушки твоей много чего было. Да только после смерти её, все Миард к рукам прибрал. Так что в его сокровищнице, или в ларце у его жены всё.
Арсай хитро прищурился:
— Так уж и всё, кормилица? А матушка разве ничем тебя не отблагодарила за верную службу и любовь?
Банча покраснела. Опустила глаза, но через минуту справилась со смущением:
— Да на что мне украшения? Не того я происхождения, чтобы дорогие украшения носить.
Но Арсай не унимался:
— Кормилица, не забывай, что я маг. Неправду говоришь…
Банча вздохнула и нехотя кивнула:
— Ну, есть у меня кое-что. Припрятала я несколько безделушек, от Миарда загребущего.
— Кормилица, разреши посмотреть?
Банча, порывшись в одной из корзин с домашней утварью, достала кожаный мешочек. Развязала завязки и высыпала содержимое на ладонь магу.
Арсай с интересом и любопытством рассматривал горсть женских украшений. Он не был особым знатоком, но и его познаний хватило, чтобы понять — кормилица припрятала действительно старинные украшения.
— А Миард ничего не заподозрил?
Банча фыркнула:
— Много бы он понимал, брат твой.
Арсай разложил украшения на ковре. Как понять, какое из них принадлежало одной из пяти сестер? Да и есть ли тут такие?
— Кормилица, а какое самое старое?
Банча с благоговением прикоснулась рукой к одиночной серьге. С виду обычная серебряная серьга с рубином.
— Эта вот серьга младшей принадлежала. Хорее.
— Ты уверена, кормилица?
— Уверена, Арсай. Также как и в том, что вижу тебя сейчас.