Шрифт:
– Фрэнки, – сказал он, – если ты хочешь, чтобы я посмотрел твои работы, я посмотрю. – Он заметил, как расцвело от улыбки ее лицо. – Обещать ничего не могу. Запомни, ладно?
– Ну конечно!
– Тогда обзвони всех наших и предупреди, что сегодня не работаем. Мне надо пойти домой, принять душ и все такое, а ты принесешь мне свою мазню. Идет?
– Идет.
– Номера телефонов в ящике стола у Тилли. Звони прямо сейчас, пока они еще не успели выехать на работу.
Он встал. Его крепко шатало. Он прошелся пятерней по волосам.
– Значит, оставляю тебя тут самой главной и жду у себя. Во сколько – в одиннадцать?
Она бросила взгляд на часы. Восемь сорок пять.
– Хорошо, в одиннадцать.
Она успеет съездить домой и забрать рисунки.
– Я живу в Брэдлинг-вилледж, за школой, дом номер 10. Найдешь?
– Без проблем.
– Отлично!
У самой двери он внезапно остановился.
– Фрэнки! Скажи честно, что с тобой случилось? Я тебя никогда такой не видел. Ни разу!
Она засмеялась.
– Просто я решила воспользоваться советом, который дал мне Джон.
– Каким же?
Она улыбнулась.
– Да ничего особенного.
Он решил, что настаивать на откровенности не стоит.
– Значит, до скорого, – бросил он и вышел.
– Да, пока!
Проводив его глазами, она встала и вдруг радостно рассмеялась. Взяв с собой пальто и берет, она подошла к столику Тилли, нашла телефонную книжку с нужными номерами. Села и набрала первый. Прислушалась к гудкам, услышала, как щелкнула снимаемая трубка на другом конце провода и подумала: худа без добра не бывает.
Джон порядком удивился, когда Франческа влетела в дом, на ходу окликнула его, бегом поднялась к себе в комнату и спустилась. Все это отняло у нее не более пяти минут. Еще на минутку она задержалась на пороге кухни. Джон увидел, что под мышкой она держит папку с рисунками.
– Еду показать Дейву свои рисунки, – выпалила она. – Он живет в Брэдлинг-вилледж, это недалеко, я скоро вернусь. – Она тут же повернулась, чтобы бежать, но Джон остановил ее.
– Да что случилось-то?
– Ой, Джон, долго рассказывать, Дейв ждет меня у себя в одиннадцать. Оттуда я сразу домой и доложу тебе все во всех деталях.
Он смотрел на нее и не узнавал. Это была совсем не та Франческа, которую он провожал утром с крыльца. Это была полна энергии и решимости.
– Ладно. Тогда скорей возвращайся. Буду ждать.
Она махнула ему рукой и выбежала за дверь, которая громко хлопнула за ней. Да, это действительно совсем другая Франческа, подумал он, выходя в прихожую проверить, не разбила ли она чего-нибудь, сметя на своем пути. Кто знает, чего теперь от нее ждать?
Дэвид Йейтс жил в одном из самых фешенебельных районов Ньюкасла. Его дом был выкрашен в белый цвет, а дверь покрашена глубокой черной краской. У входа рос лавровый куст в вазоне из итальянской терракоты. Франческа заметила, что растение было благоразумно прикреплено к стене дома цепью. В Ньюкасле не вывесишь белье на просушку во дворе. Это не Италия.
Она постучала в дверь тяжелым бронзовым молотком и сделала шаг назад, ожидая, когда ей откроют. А пока поправила берет и опустила воротник пальто. Ей хотелось выглядеть получше.
– Ой, Фрэнки!
Она растерянно огляделась, не понимая, откуда доносится голос.
– Не туда смотришь! Я тут!
Она подняла глаза к окнам. Дейв высовывался из окна ванной. Холодный дождь бил его по голой спине.
– Лови!
Он бросил ей ключ.
– Входи, будь добра, я сейчас кончу с этим делом.
Она подобрала ключ и снова взглянула на окно. Оно уже было закрыто, Дейв исчез. Франческа отперла дверь и вошла. Только оказавшись в сухом тепле, она поняла, как здорово промокла.
Стащив с головы берет, она повесила его на медный крюк в прихожей, потом сняла пальто и аккуратно поместила его на самый верх вешалки, чтобы подсохло. Через холл Франческа прошла в гостиную.
Дом, выглядевший снаружи небольшим, внутри оказался необычно просторным. Полы были сделаны из скандинавской сосны, стены выкрашены бледно-кремовой краской. Гостиная была гигантских размеров. Да, подумала Франческа, с восторгом оглядываясь вокруг, сразу видно, что здесь обитает дизайнер. Она улыбнулась: сколько нового пришлось ей узнать, начав служить у Дэвида Йейтса!