— Полегче, — голос Камдена пытался меня успокоить.

— Когда твой брат меня отпустит, я убью тебя!

Доджер имел смелость закатить свои глаза.

— Знаешь, что Мейси? Прекрасно. Мы поговорим перед всеми, — он обошел вокруг стола и встал прямо передо мной. — Захочешь меня ударить после того как я закончу, валяй. Я приму это, — он слегка наклонился и посмотрел мне в глаза. — Я хотел этот дом так же сильно, как и ты. С того самого момента, как ты велела мне развернуться и по-настоящему, объективно взглянуть на дом, что я и сделал. Я увидел наше будущее там. Я увидел тебя. Я увидел себя приходящего каждый вечер домой, или как ты возвращаешься домой и поднимаешь свои ноги на мои колени, чтобы я мог бы их размять. Я увидел тебя своей женой, и нас, готовящих вместе ужин. Я увидел наши вещи, которые ты разместишь по стратегическому плану, поскольку ты — скрытый перфекционист, и ты будешь передвигать их до тех пор, пока они не будут стоять на правильном месте. Я увидел нас, воспитывающих этого ребёнка, в счастливой атмосфере. Я увидел день, когда мы принесём его или её домой из больницы, и все последующие долгие ночи. Я увидел всё это, и я хочу всё это. Каждую маленькую унцию безумия, веселья и борьбы. Я захотел этого, и я захотел этого в том доме.

Я покачала головой и вытерла свои глаза.

— Но ты купил его, хотя знал, что я уже внесла залог. Почему?

Он опустил голову, не желая показывать мне свою боль.

— Потому что, если бы ты купила этот дом — всё в нём было бы твоим. Только твоим. Ты всё ещё не подпускала бы меня близко, Мейс. И если бы ты сама купила дом для вас с ребёнком, ты бы сбежала вместе с этой независимостью, а я бы остался позади, всё ещё выпрашивая у тебя крошки. Поэтому я купил его, чтобы он стал особенным для нас троих.

Твою мать. Когда он разложил всё по полочкам, я его поняла. И он был прав. Я навязывала ему свою независимость. Я бы постоянно бросала ему в лицо, что это мой дом, и у него нет никаких прав. Я могла бы какое-то время повредничать и выбрать, когда позволить ему остаться. Я бы по-прежнему жила, держа одну ногу Доджера за дверью.

Я немного пошевелилась. Камден напрягся. Я бросила на него дружелюбный взгляд. Я не собиралась бить его брата. Он ослабил свою хватку отпустил меня прямо в объятья Доджера. Я ненавидела то, что он выглядел таким сломленным.

Положив свои пальцы под его подбородок, я с надеждой просила:

— Так что, он наш? У нас теперь есть дом? — делая акцент на «нас».

Доджер наклонился вперед и прижал свой лоб к моему.

— Да, у нас теперь есть дом.

Я тихонько засмеялась и почувствовала, как ещё несколько слезинок скатилось по моим щекам.

— Ох, парень, я планирую купить в этот дом тонну мебели.

Его красивая ухмылка впервые появилась с начала нашей ссоры, и я ощутила облегчение при виде ее.

— По одной комнате за раз, Мейс.

Он поцеловал меня в лоб, и я вздохнула с удовлетворением. Мы были в мире Мейси и Доджера, и я полностью игнорировала тот факт, что вокруг нас всё это время были люди. Так было до того, пока кто-то не прочистил своё горло. Мы отошли друг от друга и осмотрелись, увидев, что Донна рыдала счастливыми слезами, и держала за руку Пола.

— Ребёнок? — спросила она, почти испуганно, будто слова заставят его исчезнуть.

Доджер робко пожал плечами.

— Да, — его рука потёрла заднюю часть шеи. — Простите, что вы узнали об этом таким образом. Мы собирались рассказать вам сегодня, но не так.

Громкий ликующий крик вырвался изо рта Донны, а меня притянули сильные объятья Пола. Донна обнимала Доджера и плакала как дитя, что-то бессмысленно лопоча. Я не могла сдержать смех, вырывающийся из моего горла. Иисус, эта семья была сумасшедшей. Было бы неплохо получить такую же реакцию от моей семьи, хотя если подумать, то все было идеально. Они — тоже моя семья. Бруксы открыли свои сердца и дом для меня, и уже в течение пары лет я была их частью.

Донна шлепнула Пола, чтобы он отодвинулся, и тепло меня обняла.

— Я спланирую вечеринку для ребёнка, — твёрдо заявила она.

— Без проблем.

— Простите меня! — Прервала Киган. — Я буду планировать с вами.

Донна кивнула:

— Безусловно! Это будет всем детским вечеринкам — вечеринка!

Я сделала шаг назад.

— Не переусердствуйте, дамы. Это не такое большое дело.

Пол усмехнулся.

— Ты хоть понимаешь, кому это говоришь? Для этой женщины — всё большое дело.

— А ты помолчи, — отругала его будущая бабушка.

Она снова обняла меня, а затем посмотрела, так, будто увидела новыми глазами. Это меня немного смутило, но я все понимала. Не знаю, почему ожидала чего-то меньшего от Донны и Пола. Они были взволнованы, что станут бабушкой и дедушкой независимо от того, как это произошло. Они любили детей.

— Ты хорошо себя чувствуешь? Утренняя тошнота и все остальное под контролем? Ты была у врача? Какой уже срок…?

— Мам, притормози с вопросами, — усмехнулся Доджер.