Шарлотта почему-то до последнего надеялась, что Уильям не придет.

Особенно после того, что он устроил вчера в Зеленом салоне.

Собственно, чего она ожидала от него и той встречи, которая должна была состояться после разоблачения? Самые мучительные минуты в ее жизни, которые наступили сразу же после самых восхитительных минут, каких у нее никогда бы не было без него.

Шарлотта вздрогнула и закрыла глаза. Ужасным во всей этой ситуации было то, что она никак не могла забыть, как он целовал ее. Даже после того, как Уильям вчера грубо заявил, что произошедшее вышло не случайно. Тогда получается, он… Он знал, что так поступит? Задумал с самого начала, когда пришел к ней? Но… И ведь он сказал, что хотел этого, что это ему понравилось так же, как и ей… В тот момент от нахлынувшего на нее стыда Шарлотта едва не провалилась в землю, когда он напомнил ей о самой большой слабости в ее жизни. Как он мог знать, как именно и насколько это ей понравилось? Как он вообще посмел сравнить свои желания с ее собственными! Шарлотта была в ужасе не только потому, что он в какой-то степени понял, как ее тянуло к нему, но еще и потому, что получалось, если ее подозрения верны, значит он… планировал поцеловать ее еще до того, как пришел к ней домой? Но как это возможно? И Господи, как целовал ее! Она до сих пор теряла все мысли, и ее охватывал легкий трепет, когда вспоминала ласку его губ.

«Я целовал тебя, сжимал твои ягодицы, а ты липла ко мне, пока я ласкал твой язык!»

Порочный, греховный человек!

Как он посмел после всего явиться к ней домой и говорить такое! Неужели он запомнил, что было в ту ночь? Шарлотта всем сердцем надеялась, что это не так, но… Возможно, всё дело было в том, что он так и не выпил лекарство, предложенное доктором. Вот, почему он спрашивал, не делал ли тогда что-то, что обидело ее. Господи! Значит, он помнил… не забыл, как поцеловал ее? Потому что выглядел так, словно собирался просить прощение… За то, о чем она никогда не сожалела и не смогла бы.

Ей не следовало принимать его два дня назад, когда он так неожиданно приехал к ней домой. Тогда ничего этого не произошло бы, но… Кого она обманывает? Когда это она была способна отказать ему? Или вести себя разумно, когда он близко подходил к ней. Поддалась своей величайшей слабости, и вот, к чему это привело. К провалу, который собирался отравить ей всю жизнь.

Теперь она была вынуждена не просто каждый день видеть Уильяма. Она была вынуждена каждый лень видеть его рядом с собой! Это было… Опасно, страшно и невероятно одновременно.

И теперь эта прогулка. Как она вынесет, если проведет с ним больше времени, чем обычно? Если еще дольше будет слушать его будоражащий голос, видеть его мерцающие бархатисто-теплые глаза, выражение этого подвижного, невероятного лица. Ведь всё произошло случайно. Он бы никогда не заявил о намерениях жениться на ней, если бы не та оплошность с ее стороны. Боже, почему он не посмотрел на ситуацию ее глазами? Их ведь не видели, всё можно было уладить и без всяких жертв, а теперь получается, что он просто вынужден проводить с ней время, вынужден делать то, чего не хочет. Никогда не хотел…

«Я хотел этого…» — напомнил ей услужливый голос. Шарлотта задрожала от отчаяния. Нет, она не должна верить в это, не должна даже допустить мысль о том, что он что-то хотел. Он просто поддался какому-то сиюминутному помешательству. Она даже не могла объяснить, зачем он это сделал. Если она поверит в то, что он хоть немного хотел этого, она пропадёт и никогда не сможет сберечь своё сердце. А что, если он уже сожалел о том, что подчинился какому-то глупому джентльменскому кодексу и предложил ей брак? Сколько продержится его джентльменский дух?

Волосы ее от страха встали дыбом. Брак с Уильямом! Что могло быть более желанным. Но только в ее мечтать. В реальности это будет настоящим адом, потому что она не сможет смотреть, как потом, потеряв к ней интерес, он уйдет с другой. А это непременно произойдет, потому что она собственными глазами видела эти жуткие сцены последние семь лет. За семь лет он не изменился, никогда и не изменится.

Господи, что ей теперь делать? Как вести себя с ним? Как вообще смотреть на него после всего, что было, и сохранить здравый рассудок?

В дверь ее спальни постучали, а затем вошла ее горничная.

— Мисс Уинслоу, лорд Холбрук ждет вас внизу.

Слова Нэнси заставили колени Шарлотты задрожать.

Боже правый, как же быстро всё происходило! Ее закрутило в цепь непредвиденных событий так быстро, что у нее уже кружилась голова.

Прогулка, всего одна прогулка, и она будет свободна! — утешала себя Шарлотта, взяв протянутый ей парасоль и шаль, которую накинула на плечи поверх бледно-розового пелисса, поправила соломенную шляпку и направилась вниз.

Уильям ждал ее у лестницы. Едва увидев его, Шарлотта застыла, почувствовав как перехватывает дыхание. Боже, этот человек может быть менее красивым? На нем был серый сюртук с черным воротником, черный жилет и белоснежный шейный платок, повязанный на стоячем воротнике белой рубашки с таким же высоким воротником, который дотягивал до его ухоженных темных бакенбард. Белые бриджи, обтягивая длинные ноги, тонули в высоких черных сапогах. Его сосредоточенное лицо было обращено к ней, а пронзительные, мерцающие темные глаза смотрели прямо на нее. Блестящие темно-каштановые волосы, зачесанные налево и в привычном беспорядке падали ему на лоб, вызывая острую потребность коснуться его.