Уильям медленно повернулся к Роберту, испытывая какое-то странное опустошение, усталость и отрешенность от всего.

— Расскажи мне всё, что ты знаешь о маркизе Хартли, и какое она имеет отношение к шпионской сети французов.

Шарлотта не могла найти себе места, меря шагами небольшой участок перед своей спальни, окна которой выходили на главную дорогу. Она должна была проследить за тем, чтобы не пропустить визит. Визит, одна мысль о котором начинала медленно сводить ее с ума.

Она не спала всю ночь, едва ли отдохнула. Утром встала полностью разбитая и опустошенная. Слава Богу отца не было дома, она не представляла, как посмотрит ему в глаза.

Мама ошибалась. Она не должна была придавать этому такого значение. И такой огласки.

Всё бы забылось, Шарлотта была в этом уверена. Ничего страшного не произошло бы, если бы мать просто отпустила Уильяма. Он бы ушел, и их дороги никогда больше не пересеклись бы. Шарлотта вышла бы замуж за лорда Хамфри и уехала бы из Лондона. И всё, всё бы забылось и ушло. Потому что твердо решила принять предложение лорда Хамфри, когда тот сделает его. Обязательно примет, выйдет за него, и ее жизнь навсегда будет решена. Она будет избавлена от всяких сердечных болезней, и никакие волнения больше не будут одолевать ее.

Но теперь ей приходится не только томиться в своей спальне, ожидая визита Уильяма. У Шарлотты леденела кровь от страха, едва она думала, что должна будет снова посмотреть на него. Смотреть на его красивое, сурово-сосредоточенное лицо, видеть его глаза и… и делать вид, что вчерашнего поцелуя не было. Если она могла объяснить тот его первый поцелуй, то во втором просто не было смысла. Господи, зачем он это сделал?

Невыносимо!

Невыносимый человек! Чего он этим добивался? Хотел просто подшутить над ней? И зачем согласился на условия ее матери? С какой стати предложил жениться? Шарлотта знала, что он этого не хочет. Никогда бы и не захотел, если бы не тот поцелуй. И не ее помутнение рассудка, когда она не смогла остановить его. Но… когда она могла остановить его? Это же был Уильям.

Когда раздался цокот копыт, Шарлотта резко повернулась к окну и замерла.

Лорд Хамфри. Господи, она и забыла, что и он должен был прийти к ней. Часы показывали два. Уильям говорил, что придет в два часа. Если эти двое столкнуться друг с другом, что она скажет?

Шарлотта внезапно разозлилась. С какой стати она должна что-то объяснять? Но… один ухаживал за ней, а второй должен был ухаживать и не только из чувство долга, но и потому, что у него не было другого выбора.

Она ненавидела ситуацию, в которой оказалась!

Кажется, настали самые худшие, самые тяжелые дни в ее жизни. Господи, как ей поступить?

Ей придется спуститься и разобраться во всем том, что сама и натворила. Но едва Шарлотта двинулась к двери, как раздался тихий стук.

Она в то же мгновение остановилась.

— Да?

— Мисс Уинслоу, я могу войти?

Это был Хопкинс, только это не принесло ей никакого облегчения.

— Да, Хопкинс, входите.

Он вошел, но серьезность его лица насторожила и напугала Шарлотту гораздо больше.

— Ваша матушка просила передать, чтобы вы не спускались вниз. И что, когда придёт… ваш гость, вы примите его в Зеленом салоне.

Который находился на втором этаже, где Харриет принимала только самых близких.

Значит мать решила разобраться с лордом Хамфри, чтобы дать ей возможность поговорить с Уильямом.

Худшей участи и представить невозможно. А если бы лорд Хамфри сегодня надумал сделать ей предложение? Это бы спасло ее в одночасье. И Уильяму не пришлось бы приходить, она бы послала ему записку, где всё бы объяснила, и всё это закончилось бы, даже не начавшись. И она никогда больше не увидела бы его, никогда бы не почувствовала на своих губах его губы…

Шарлотта с трудом удержала стон боли.

Как же всё это ужасно.

Она опустила голову, сжав перед собой руки.

— Хорошо, я пойду в Зеленый салон и буду ждать там. Приводите лорда Холбрука туда, как только он прибудет.

— Слушаюсь, мисс, — поклонился Хопкинс и вышел.

Шарлотта никогда не избегала трудностей и всегда смотрела страху в глаза, но сейчас ей было так страшно, что она не могла пошевелиться.

Уильям никогда не чувствовал себя таким растерянным, направляясь на встречу с женщиной. Особенно с женщиной, на которой собирался жениться. Мало того, что он едва не погубил ее, он… Всю ночь ему снилась Шарлотта, причем в таких невозможных позах, что у него волосы вставали дыбом, когда он вспоминал эти магические мгновения. Во сне она была не просто податливой, во сне она была божественной, страстной, такой горячей, что он едва не сошел с ума, когда проснулся и в очередной раз обнаружил в своих объятиях пустоту.