Весь этот день после проводов Кейти Тутанхамона стали мучать нехорошие предчувствия. "Я просто дурак, что не поехал с ней, а вдруг эти негодяи нападут на нее, для них ведь нет ничего святого, а потом и меня заманят и конец счастью. Какой я дурак. Поимел счастье и радуюсь, а сберечь его не смогу, западня это, правильно Бэла говорила, западня, никак это назвать иначе нельзя. Попались мы. Прощай свобода. Она уже прилетела. Может ее схватили, или она поняла уже что в западне. А я, дурак, сижу здесь и философию развожу, поэтому и дурак, что следом не поехал. Да, я поеду в Россию. Не понимаю, может, я того русского, что живет в Кейти, но я должен ее защитить, и это она понимает. Да, ехать, немедленно ехать." Так думал Тутанхамон, взял он денег побольше и поехал вслед за Кейти в еще неведомую и тайную для него страну, которую сложно понять, как говорила ему Кейти, но где он должен был защитить ее от напастей. Да, Тутанхамон ехал в Россию.

7. УЖАСНАЯ ЛОЖЬ ДЖЕФФРИ

Но свою российскую бабушку Кейти не потеряла. Бабушка Антонина жила и бодрствовала и радовалась тому, что живет и умирать вовсе не собиралась. Кроме того, следует заметить, каким человеком была казачка Антонина. О! Это был чисто русский человек, с чисто русской душой, никогда не понимавший, почему ее дети предпочли Америку для проживания. Сострадание, любовь ко всем людям, умение прощать и многое другое унаследовала Кейти от своих российских родственников.

Сразу же после приезда Кейти отправилась в провинциальную больницу, из которой, по словам Бэлы, и позвонила медсестра. Но лишь завидев заброшенное здание провинциальной больницы, его облупившиеся стены, помятые машины скорой помощи, врачей в старых халатах, Кейти поняла всю жестокость обмана.

"И эти люди не могут понять того, что я чувствовала, - думала Кейти,Для них нет ничего святого, никаких ценностей. Они воспользовались самым дорогим, что есть у меня, чтобы заманить нас в ловушку. Это амморально. Нет! Даже не амморально. Какие приземленные люди. Для них 'Я' важнее родственников. И это Америка. И я должна там жить. Ужас, просто ужас! Куда сердце у людей пропало, чем они живут. Прошлое не уважать! Ах, как это низко! Какой грех!"

Кейти села на скамейку в больничном парке и заплакала. Она не могла понять такое неуважение человека к человеку, как люди могли лишиться всего святого, что было в них заложено. Кейти приходили на ум десять заповедей Моисея, истины и многое- многое другое.

Долго она так сидела, как вдруг кто- то подсел к ней, он был в странном костюме и с перевязанным горлом. Это был Джеффри.

– Я ненужный человек, - начал свою речь Джеффри,- у меня пневмония, и если вы мне не поможете, я просто расстанусь с жизнью.

– Джефф,- ответила ему Кейти.- Ты думаешь, что я только поэтому полюбила Тутанхамона. Если так, то ты ошибаешься. Пневмонию твою я тебе вылечу, но сейчас же это могут сделать профессиональные врачи. Но даже если я проведу месяцы у твоей постели, борясь за твою жизнь, я не полюблю тебя также, как и Тутанхамона.

– Почему ты так считаешь.

– А вот почему. Ты пустой человек. Общаясь с тобой, я не нахожу пищи для моей души...

– Так ты и энергетический вампир!
– перебил Кейти Джеффри.

– Нет! Мне, как и любому нормальному человеку, нужно общение, а с тобой я не могу говорить не на одну из волнующих меня тем.

– Спасибо за замечание. Я буду говорить на волнующие тебя темы. Но знай, что я люблю тебя, Кейти.

– Джефф, тебя преследует физическая страсть, она скоро пройдет, если не будет душевной поддержки, а эту поддержку я тебе дать не хочу. Ты обтекаемый человек Джефф. Ты бежишь туда, где тебе дадут хлеба- соли. И я поняла это, ты сотрудничаешь с мистером Харя, а ему нужен за меня и Тутанхамона миллион, он, может, и поделится с тобой заработанными нечестно деньгами, а может быть, и нет. Таким людям я бы не сильно доверяла. А ты доверяешь. Почему?

– Кейти,- сказал Джеффри, тоном раскаявшегося, - он мне отец считается, он меня на улице подобрал, а теперь готов вышвырнуть меня вон, если я не помогу его следствию.

– Жестокое вещество. Он вырос на подкупе и взятках. Я ничего сказать не могу, но ты хотя бы не приходил к моему кузену с наглым вопросом.

– Я раб отца своего.

– Ты загнан. Ты не можешь решать за себя. Я тебя не виню. Но, Джеффри, может твое сердце сжалится надо мной, тебя ведь схватить меня сюда послали. Как агента... Да?

– Да, - признался Джеффри.

– Ну дай мне уйти, ты ведь знаешь, что я не виновата. Пожалуйста, я буду тебе до гроба благодарна.

Кейти стояла напротив Джеффри и в ее глазах блестели слезы, которые вот- вот замерзнут на российском морозе. Прядь ее золотистых волос выпала из капюшона Снегурочки, надетом у нее на голове.

– Пожалуйста, - молвили ее алые губы.

– Ну а задание?

– Не будь хоть сейчас загнанным. К черту задание. Отпусти. Наши дороги разошлись. Так и скажи. Я же не виновата в том, что вы мести хотите.

– Переспи со мной, а я подумаю еще. Может, и отпущу.

– Что за ничтожество!
– вскрикнула Кейти,- Переспать с тобой. Это предательство. Я замужняя женщина, я верна своему мужу, и должна... о! это безумие. Еще денег с меня попроси и распространи слухи, что я сплю с кем попало. Вот радости прессе- то будет. Я не предатель. Я отдана своему мужу и буду до гроба ему верна, даже если я разлюблю его. Я не посмею предать такого человека.

– И я не посмею предать такого человека как мистер Харя, мы поедем в полицейский участок Чикаго. Тебя посадят, а мне деньги дадут.