Рука в кармане вышла, его кулак сжимался и разжимался. Это небольшое движение наружу придало ей силы духа

— Ты выстрелишь в меня или отпустишь. В любом случае, тебе нужно сделать выбор, как я сделала свой и смирилась с этим. Потому что, если твой выбор так сильно влияет на мою жизнь, если выбор, который ты сделал два десятилетия назад, определяет мою жизнь прямо сейчас, то я заставлю тебя сделать выбор снова. На этот раз не мальчиком, а взрослым мужчиной.

А затем дрожь в ее голосе вышла, ее челюсти сжались, когда ее голос сорвался.

— Потому что я, черт возьми, никогда, никогда не позволю тебе думать, что ты убьешь меня снова. Это твой единственный шанс.

Ее инстинкты бушевали внутри нее.

— Итак, выбирай.

Ее ладони вспотели. Она увидела, как он сжал пистолет, его рука начала двигаться, и закрыла глаза. Шум вокруг нее казался громче в полной темноте за ее веками. Звуки существ, выполняющих свои ночные ритуалы, звук ветра, шелестящего по листве, звук ее сердца, бьющегося

в ушах.

Запахи тоже были более острыми. Аромат тяжелых облаков в воздухе, запах ее собственного страха, пронизывающий кожу, запах полевых цветов в ночи. Снаружи назревает буря, внутри прорывается буря, объединяя, сталкиваясь, захватывая.

Он направил на нее пистолет? Ее грудь отяжелела. Он обдумывал это? Свинец поселился у нее в животе. Собирался ли он нажать на курок и положить конец ее страданиям? Неужели ее последним поступком на земле будет снова доверие не тому мужчине?

Ее сердце колотилось. Должна ли она просто сбежать и прожить всю свою жизнь с сожалением о том, что никогда не узнала, никогда не исследовала возможности между ними? Могла ли она жить лучше, не предлагая ему увидеть завершение?

Ее тело начало дрожать. Секунды, минуты, часы. Подвешенные между ними. Между его выбором и ее. Воспоминания, моменты, целую историю. Это застряло между ними. Между его выбором и ее. Вопросы, сомнения, опасения. Поселили зерно между ними. Между его выбором и ее. Тишина.

Она постепенно распадалась. Она изнашивалась друг от друга по краям, по кусочкам. Она постепенно взрывалась. Она нуждалась в нем, чтобы сделать выбор. Ей нужно было, чтобы он выбрал ее, как он выбрал ее много лет назад. Ей нужно было, чтобы он выбрал ее, потому что после того дня, который у них был, ее отец пытался убить ее, будто ее жизнь была бесполезной, ей нужно, чтобы он выбрал ее, не для ее жизни, а для нее самой.

Тишина. Перемена в воздухе вокруг нее. Аромат дерева и мускуса. Теплота дыхания на ее лице. А потом она это почувствовала.

Губы. Мягкие нежные губы коснулись ее. Ее сердце остановилось. Это, блядь, остановилось, когда ее живот опустился до предела.

Ее вздох застрял в ее горле, когда ее губы начали дрожать против его, ее глаза горели, ее сердце было переполнено. Она не осмелилась открыть глаза, боясь, что это остановится, что он остановится. Она не осмелилась открыть глаза, боясь, что момент будет разрушен и никогда больше не осуществиться. Она не осмелилась открыть глаза, боясь слезы, нависшей на пороге ее ресниц. Она не смела дышать.

И он коснулся ее мягкими губами, прежде чем снова успокоиться. Она зажмурилась, ее дыхание участилось, пальцы сжались в ладони, чтобы не дотронуться до него, поскольку он не касался ее, даже когда она откинула голову назад, насколько это было возможно, позволяя его губам лучше сомкнуться с ее губами.

Холодная капля дождя упала ей на щеку. Гром разорвал небо.

Она приоткрыла губы, чувствуя его форму, состав и красоту. Он захватил ее нижнюю часть, слегка посасывая ее, прежде чем снова коснуться ее губ.

Хлынул дождь, за считанные секунды промочив их обоих. Она выпустила слезу из глаза, позволив ей смешаться с дождем, и дрожь ее губ была очевидна на фоне его.

Его рот прижался к ее губам сильнее, никакие другие части его тела не касались ее. Щетина вокруг его губ натирала ее, так что ее плоть покалывала, гадая, куда может пойти его рот и как будет ощущаться этот восхитительная щетина, заставляя ее слегка качнуться вперед.

Морана инстинктивно склонила голову набок, ее руки дрожали, когда огонь хлынул по ее венам от этого минимального контакта с его губами.