— Ну, можно сказать и так, — я действительно про себя звал это место домом. По крайней мере, в том заброшенном районе, кроме меня, особо никто не ошивался. До сегодняшнего дня меня всё устраивало.

Рита замолчала и пристально посмотрела на меня, я ждал отказа, но её губы слегка приоткрылись, чтобы она смогла сказать всего лишь простое тихое “хорошо”.

08

Мы успели на последний поезд метро. Народу почти не было, но мы не садились, стояли рядом, чуть ли не прижимаясь друг к другу, пока вагон качало из стороны в сторону. Рита ухватилась за рукав моей куртки, чтобы сохранить равновесие, я держался за поручень, не имея ничего против её близости или использования меня в качестве опоры.

Приехав на другой конец города, мы поднялись на поверхность и ещё несколько кварталов шли, изредка перекидываясь ничего не значащими фразами. С каждым пройденным перекрёстком фонарей становилось всё меньше, жилые здания сменялись стенами заводов и пустующими домами. Я знал эти улицы как свои пять пальцев, мог спокойно найти дорогу даже с завязанными глазами, а вот Рита явно была в этом районе первый раз.

— Ты, что, серьёзно про дом? Не шутил? — спросила она.

Я пожал плечами.

— Для меня это дом.

— И давно?

Я задумался, прикидывая.

— Месяца три-четыре, наверное. Приходится переезжать довольно часто, если не хочешь быть пойманным. Ну, а ты где живёшь?

— По-разному, — Рита опустила голову и пнула попавшийся ей под ноги камешек. — Иногда иду сдавать кровь, ну, знаешь, хоть какие-то деньги, заодно накормят, если в обед попасть.

— Знаю, — кто ж не знал, всем нам приходилось время от времени делать это. — А в остальное время?

Теперь настала очередь Риты пожимать плечами.

— Да так.

Меня очень заинтересовало это её «да так», но я не успел ничего сказать в ответ, так как Рита вскинула голову и удивлённо выдохнула.

— Здесь?

— Здесь, — подтвердил я, хватая её за руку и таща ко входу.

Нам пришлось перемахнуть через невысокий забор, я подсадил девчонку, да и она сама оказалась довольно ловкой, и спрыгнул по другую сторону следом.

— Это одно из зданий завода, когда-то тут жили… Давно, конечно, когда он ещё работал.

— Хмм, не Красный треугольник, конечно, но тоже ничего, — улыбнулась она и направилась к двери в здание.

— Рита, — окликнул я. Она обернулась, вопросительно глядя на меня.

Мне хотелось сказать: «Не кажется ли тебе, что пора начать говорить правду, а не увиливать от ответа?» Но слова застряли на полпути.

— Ничего, — отмахнулся я и помог ей пробраться внутрь, аккуратно прикрыв за нами вход. — Осторожнее.

Взяв девчонку за руку, я потащил её по череде лестниц и железных площадок наверх. Было темно, света, попадавшего с улицы через узкие окна без стёкол, явно недоставало, но я миллион раз ходил здесь и в большей темноте. На последнем этаже мы прошли широким коридором, ведущим в другую часть здания.

— Ну, добро пожаловать, что ли, — широким жестом я распахнул перед ней дверь.

Рита осторожно шагнула внутрь, разглядывая интерьер моего незамысловатого жилища. Два огромных, сохранивших стёкла, окна, старый потрескавшийся линолеум, низенький диван в противоположном конце комнаты, в данный момент разобранный, старое кресло в углу, которое я нашёл тут же, в одном из кабинетов, и притащил к себе, кирпичные стены, обвешанные плакатами игроков кхл.

Последнее, по-моему, особо заинтересовало её.

Подойдя ближе, она принялась разглядывать постеры.

— Это Джастин Азеведо, у него самый крупный контракт в лиге, — объяснил я, ткнув пальцем в один из плакатов. — А это Шипачёв — редко пропускает игры, постоянно на бою. И Филиппов — семь лет назад просто ворвался в кхл, сейчас ведёт по количеству забитых шайб.

— Значит, увлекаешься хоккеем? — перебила она мои излияния.

— Смотрю, — уклончиво ответил я.

В годы своих скитаний по детдомам и приёмным семьям я играл в футбол в различных школьных командах, но приходилось так часто менять учебные заведения, что мой интерес не успел перерасти во что-то более серьёзное. А хоккей, как известно, спорт дорогой. Им я мог наслаждаться только издали. Хотя всегда хотел попробовать себя в деле. Так что о моей не сложившейся теоретически возможной карьере спортивной звезды Рите знать вовсе не обязательно.

— Не вижу телевизора, — для пущей убедительности она огляделась по сторонам.

— В Молле открытые кафе возле катка… там постоянно крутят игры… хочешь… съездим? — неуверенно закончил я.

— Звучит, как свидание, — пробормотала она, её взгляд снова устремился на стену с плакатами.

— Наверное, — уголок моего рта невольно пополз вверх. Чёрт возьми, когда я последний раз звал какую-нибудь девчонку погулять? Почему бы и нет? — Сходим?

— Я завтра уезжаю, ты забыл.

— Точно, вылетело из головы, — внутри меня будто всё опустилось из-за её отказа.