Фуф. Екатерина Дмитриевна поспешно отвела вспыхнувший взгляд. Отступала к порогу.

— А тыыы? — удивленно протянул Андрей. Упустил момент. Почему остается с елкой один на один.

— Ужин… там… у меня… — робко заикалась Катя.

Нерешительно пятилась из гостиной. Остаться. Опасно.

— А вдруг у меня не получится, — надумывал причины удержать девушку.

Застыла в дверном проеме. Да что же он творит. Ломает все планы избавиться от его присутствия рядом. Тонкие пальчики сжались в кулачки. Она не поддастся. Оглянулась через плечо. Блин. Блин.

Андрей стоял, расправив плечи, немного склонив голову набок. Темная прядь волос выбилась из общего стилистического хаоса и небрежно свисала на лоб. Изумительная улыбка изогнула привлекательный контур губ. Подойти. Запустить пальчики в темный хаос, узнать какой он на ощупь. Приподняться на носочки. Прочертить силует изогнутой линии кончиком язычка.

Мурашки неорганизованной толпой заметались вдоль позвоночника. Ох, демон искуситель. Твою мать. Короткие ноготки врезались в мякоть ладошки. Он не сломает её устоев. Она не чертова Ева. Самообладание вернулось.

— Принц испугался какой-то маленькой елочки, — надавила на мужское самолюбие. Нечего красоваться. Займись делом.

Не фея. Мужчина прищурил глаза. Ведьма. Знает, за какие ниточки потянуть. Ну и пусть идет. Отвечать не стал. С вызовом фыркнул. Переключил внимание на виновницу их встречи.

Так-то лучше. Хозяйка молниеносно удалилась.

Не боги горшки обжигают. Андрей косо поглядывал на жавшуюся к окну гостиной ёлку. Лесное деревце прикрывало свою однобокость тонкими редкими веточками. Неказистая лесная гостья удрученно покачивала игольчатыми лапами. Извинялась за несуразность.

Андрей Владимирович только развел руками. Без помощи феи не обойтись. Не раздумывая покинул комнату. Твердым шагом преодолел коридор. Никакие отговорки не примет. Решительность улетучилась на пороге кухни.

Незатейливая новогодняя песенка в исполнении хозяйки коснулась ушей. Приятный голосок удачно попадал в ноты. Ласкал слух. Не большой ценитель вокальных данных. Но ему нравилось. Умело выведенная голосом мелодия остановила в дверном проеме.

Катя стояла у столешницы. Спиной. Любимый ракурс. Уголки губ разочарованно опустились вниз. Широкие домашние брюки и туника свободного покроя скрывали плавные изгибы бедер, изящные лини ягодиц, точеные очертания ножек. Разочарование шумно вырвалось из груди.

Песенка оборвалась. Девушка развернулась. Таращилась на гостя. На лице испуг. Ни перед кем не демонстрировала вокальных навыков. Он первый. Ну почему? Закатила глаза.

Он смутил её. Опять. Щечки снова подернулись румянцем. Манящим. Притягательным. Не разглядел. Опустила голову. Жалась попкой к краю столешницы. Шагнул к ней.

— Мне…

Катя вскинула голову. В глазах предупреждение.

— Не смей ничего говорить, — предостережение в поднятой вверх ладошке.

Комплимент застыл на красивых губах. Затерялся в неопределённом пожатии широкими плечами. Проявился в карем взгляде. Нежном. Ласковом.

Поняла. Уловила сознанием. Стушевалась больше прежнего. Не привыкла к похвале качеств, не связанных с профессиональной деятельностью. Стыдливо одернула край туники. Неблагодарная дурочка. Робко переминалась с ноги на ногу. Извиниться. Принять лестный отзыв.

Опоздала. Андрей протянул руку.

— Пойдем наряжать елку.

Тихое приглашение прозвучало слишком интимно. В миллиарды раз доверительней и искренней пресного: «Я хочу тебя». Почувствовали оба. Взгляды встретились. Тонкие пальчики легли в большую ладонь. Так правильно.

Андрей повел её за собой. Она не сопротивлялась. Куда угодно, только бы с ним.

Очнулась Катя только когда он прошел мимо спальни. Выдернула руку. Дрожащими пальчиками заправила за ухо прядь волос. Глупая. О чем думала.

— Я что-то сделал не так? — взволнованные интонации как ушат холодной воды.

Они стояли у дверей её комнаты. Девушка широко раскрытыми глазами таращилась на мужчину.

— Нет, нет, все правильно, ты не должен был наряжать елку один, — выпалила на одном дыхании, подоткнула гостя в плечо. — Пойдем.

Подгоняемый маленькими ладошками Андрей вернулся в гостиную.

Катя проскочила мимо. Притормозила у елки.

— Печальное зрелище, — с задумчивым видом прохаживалась вокруг тощего хвойного растения. Лесная гостья уныло опустила тонкие ветки. Не было смысла скрывать перед оценивающим взглядом девушки свою однобокость. — Но мы справимся, — воодушевленно воскликнула Екатерина Дмитриевна. Повернулась к застывшему посередине комнаты мужчине. Требовала подтверждения своих слов.

— Мы? — нерешительно протянул Андрей. Не имел ни малейшего понятия как можно справиться с маленьким неказистым представителем хвойной растительности.