А моего супруга, как назло, сейчас нет! Как и в прошлый раз, когда убили его сестру и её мужа. Будь Доминик Винтергарден здесь, со мной, я, наверное, ничего бы не боялась.

Не слишком ли самоуверенно я вообразила себе, будто смогу одна, самостоятельно справиться с врагом? Ведь этот человек уже убил двоих. Остановит ли его встреча со мной?..

Я свернула в галерею, где висела коллекция не слишком ценных картин, и остановилась на месте, схватившись рукой за сердце. Впереди вдруг показалось что-что… кто-то… Хрупкая женская фигурка в белом, развевающемся на сквозняке платье. Белокурые волосы, подсвеченные проникающими из окна солнечными лучами. Неизвестная девушка стояла ко мне спиной на некотором отдалении, и её силуэт казался полупрозрачным, будто сотканным из лунного света.

— Дама в белом… — выдохнула я.

Неужели я ошибалась в своих предположениях, и привидение действительно существует?..

Но вот она обернулась, и иллюзия рассеялась без следа.

— Леди Уэстон! Как вы меня напугали! Я подумала, что вы призрак!

— О, леди Винтергарден! — смущённо отозвалась Целестина. — Вы здесь… В самом деле… где же вам ещё быть?..

— Но… что вы-то тут делаете? — спросила я.

Девушка приблизилась ко мне, теребя в изящной руке кружевной платочек.

— Вы должны простить мне моё любопытство. Я несколько дней боролась с ним, но у меня ничего не вышло. Очень уж интересно было узнать, что находится по ту сторону двери, из которой однажды появились вы… с лордом Винтергарденом.

— Постойте, — начиная понимать, пробормотала я, — вы хотите сказать, что взяли свечу и отважно, ничего не страшась, отправились в подземный коридор? Да вы, однако, настоящая авантюристка, леди! Вдруг на другом его конце вас ожидало бы нечто ужасающее?

— Но ведь вы же вышли оттуда — целые и невредимые!

— Кхм… Почему же вы не развернулись и не пошли обратно, когда обнаружили, что тайный ход ведёт в особняк Милтонов? Здесь даже нет никакой особой загадки — мой муж говорил, что прежде старые дома нередко связывали между собой таким образом.

— Я не смогла вернуться домой тем же путём, леди. Видите ли, когда я вышла в той комнате, то проход закрылся, а я понятия не имею, как открыть его снова. С нашей стороны всё гораздо проще, вы сами видели.

— Верно, — согласилась я. Если Целестина Уэстон не знала о фальшивой книге, которая открывала тайный вход в тёмный коридор, она и открыть его не смогла бы. — И давно вы тут бродите?

— Не слишком. Искала кого-нибудь, чтобы попросить о помощи. Рада, что это оказались именно вы, леди Винтергарден… Вы ведь сохраните моё появление здесь в секрете? Не хочу, чтобы лорд и леди Глау, узнав о том, как я сюда пришла, посчитали меня эксцентричной особой.

— Вас так заботит их мнение?

— Леди Глау обещала, что познакомит меня с достойными молодыми людьми. Вы же понимаете? Раз уж…

«Раз уж вы увели у меня Доминика Винтергардена», — продолжила я её фразу.

— Хорошо, — вздохнула я. — Открою вам дорогу обратно. Но впредь, пожалуйста, навещайте нас только традиционным способом.

— И вы нас тоже, — вставила собеседница. — Хорошо ещё, что в прошлый ваш приход в комнате не было моей матушки. Она бы наверняка очень испугалась вашему столь внезапному появлению.

— Ваша маче… матушка так сильно больна?

— Откуда вы знаете? — нахмурилась леди Уэстон.

— Простите, — смутилась я. — Миз Смит рассказала. Я случайно встретила её недавно.

— Ох уж эти сплетники… Вот поэтому отец и не хотел нанимать много слуг. Первое время матушка частенько приезжала сюда без нас, только с сиделкой, никто даже и не знал, что в доме появлялись жильцы. Но мы, беспокоясь за её здоровье, не хотели оставлять её надолго одну, поэтому тоже решили какое-то время здесь пожить. А раз людей прибавилось, то и прислуги понадобилось больше.

— Понимаю, — кивнула я.

Глава 40

Целестина нахмурилась и закусила губу.

— Нет, леди, едва ли вы сможете меня понять. Матушка болеет уже много лет. Я даже не видела её здоровой. Да, не она произвела меня на свет, но свою родную мать и я вовсе не помню. Её не стало слишком давно, я была ещё ребёнком.

— Соболезную вашей утрате, леди Уэстон.

— Мой отец… очень хороший человек. Ему просто не повезло с жёнами. Одна умерла, вторая безнадёжно больна, и ни одна не смогла подарить ему наследника. Есть только я. Однако он очень нас любит.

— Не сомневаюсь, — промолвила я сочувственно. Похоже, эта девушка давно ни с кем не говорила по душам. Как бы я ни относилась к ней, Целестину и лорда Уэстона было очень жаль.

Но всё же кое-что смущало меня в её рассказе. Слишком уж гладким он казался. Будто бы отрепетированным. Стало любопытно, куда ведёт подземный коридор, вот она и прошла по нему. Однако же, точно специально, выбрала то самое время, когда в особняке Милтонов никого нет. И меня здесь тоже могло не быть, кстати говоря. Будь у меня, к примеру, родственники или друзья в Элхорне, я воспользовалась бы свободным днём, чтобы навестить их, и тогда дом был бы совершенно пуст.