Ника сразу поняла, что её сдержанное безразличие, это бравада. Она ближе подступила к Ксении и доверительно спросила:

– Между вами что-то произошло?

Женщина замерла и прикрыла глаза: а что собственно между ними произошло? Он предал её? Обманул? Но ведь нельзя предать того, кого совсем не знаешь. А ведь когда Герман нанимал брюнетку, чтобы та спала с Артемом, Герман Ксюшу совсем не знал, а она не знала его. Значит это не предательство. Тогда что?

Ника притронулась к плечу Ксении:

– Ксюша?

Та распахнула глаза и посмотрела на девушку:

– Между нами ничего нет, Ника. Все закончилось.

– Так не бывает.

– Бывает, Ника, все в жизни бывает. Теперь я точно это знаю.

Ксения наклонилась к чемодану и застегнула его. Ника отступила:

– Ксюша, позвони ему. Вам надо поговорить. Или хочешь, я ему позвоню?

– Я звонить не буду, нам не о чем с ним говорить. А ты как хочешь, мне все равно, - она прошла мимо молчащей Николь.

У самого порога её остановил тихий вопрос:

– А как же Даша?

Ксения зажмурилась. Этот вопрос рвал ей сердце уже полчаса:

– Ника, я…

– Как же Даша, Ксюша? Как же она? С ней тебе тоже не о чем говорить?

Женщина прислонилась лбом к двери:

– Я не смогу, просто не смогу посмотреть ей в глаза.

– Ну, конечно, поэтому проще всего взять и сбежать. Была Ксения, и нет Ксении. Может Даша даже и не заметит её исчезновения.

Женщина тихо прошептала:

– Что мне делать, Ника?
– она обернулась к девушке: - Что мне делать?

– Остаться.

– Я не могу остаться.

– Можешь, - шагнула к ней Николь. – Можешь, Ксюша. Ты останешься, поговоришь с Германом, вы все решите. Не надо пороть горячку.

Ксения покачала головой:

– Это только оттянет неизбежное. Я не смогу остаться.

– Почему? – не сдержала эмоций Ника. – Ну почему, Ксюша, что он сделал? Что?

– Он изменил мне, - тихо ответила женщина.

Ника отшатнулась:

– Он не мог.

Ксения прикрыла глаза:

– Может и не мог. Я не знаю. Я уже ничего не знаю. Я запуталась во всей этой лжи.

– Расскажи мне все, вместе мы разберемся, - тихо предложила Николь, подходя к женщине.

– Я… Я сегодня ездила к нему на работу. Герман не знал, что я приеду. Я встретила в коридоре женщину, с которой спал Артем, мой бывший муж. Эта женщина знакома с твоим братом и по её словам я поняла, что они очень близко знакомы. А еще Герман заплатил этой женщине, чтобы она соблазнила Артема.

– Чего?! Ты сума сошла?

– Поверь, в тот момент мне хотелось быть сумасшедшей, а не правой. Но я сама слышала их разговор.

– Ты не так поняла…

– Ника, там сложно было не так понять, - девушка во все глаза смотрела на Ксению, а потом в её взгляде появилось что-то такое, что Ксюшу насторожило: - Ты что-то знаешь.

Николь прикрыла глаза, пряча свои мысли и чувства:

– Только то, что он любит тебя.

– Ника!

– Ксюша, он любит тебя. Любит, понимаешь, - разнервничалась Николь. – Все, что он делает, он… Да, может быть где-то это слишком резко или не правильно, но он любит тебя. Он готов бороться за тебя. Понимаешь?

– Бороться? О чем ты говоришь?

– Ксюша, послушай, - подступила к ней Ника и обхватила за плечи. – Дай ему шанс все объяснить. Пожалуйста, дай ему шанс. Я же вижу, каким мой брат становится рядом с тобой, как светятся его глаза. Герман снова начал жить. Понимаешь, снова начал жить. Он счастлив с тобой. Прошу, дай ему шанс.

Ксения пытливо вгляделась в Николь, она не совсем понимала, о чем та говорит:

– Ты оправдываешь то, что он сделал?

– Нет, конечно, нет. Но Герман просто боролся за тебя, понимаешь, боролся за вас.

Ксения удивилась, неужели она правильно поняла Николь:

– Что значит, боролся за нас? Мы же с ним были едва знакомы. Мы же… - она читала в глазах Ники правду, - Он… нет, не может этого быть.

– Да, Ксюша, он сказал мне, что ты понравилась ему почти сразу, как он с тобой познакомился. Что он проникся к тебе искренними чувствами. Я не оправдываю его методы, не оправдываю того, что он разрушил твою семью. Но я понимаю его мотивы. Я бы тоже на многое пошла ради любви.

Ксения отказывалась в это верить. Герман он… Теперь ей стали понятны его слова и поступки, теперь многое стало на место. Очень многое. Но это не меняло того, что он сделал.