Но венатор повернулся в седле к ней, и она напряглась. Она не видела его лица под капюшоном, но плечи были насторожены. Это добром не кончится.

— Тебе нужно кое-что знать, — сказал он. Голос звучал во мраке между ними холодно, как иней. — Водехран отличается от всех частей королевства. Венатрикс, которая не следует законам Эвандера, тут вряд ли выживет. Понятно?

Тихо рыча, Айлет пришпорила Честибора. Венатор подвинулся в седле, его лошадь нервно отошла на шаг, когда она приблизилась, но они не пятились. Айлет подъехала и оказалась коленом к колену, стремя к шпоре с другим венатором. Вблизи она могла различить лишь контуры лица, высокие скулы, длинный узкий нос, низкий лоб, под которым блестели глаза.

— Это было проблемой венатора Нейна? — спросила она. — Плохо следовал законам?

Он молчал. Просто смотрел на нее. А она глядела в ответ. Воля билась с волей. Этот мужчина был опасной силой, но она не собиралась поддаваться ему.

Он стиснул зубы. Террин направил коня вперед, продолжил путь по тропе. Ощущая себя победившей в состязании, правила которого она не понимала до конца. Айлет направила Честибора за ним, но держалась еще дальше. Венатор пересек холм и пропал на другой стороне.

Айлет неуверенно моргнула. Прищурилась в свете луны. Но глаза не обманывали ее. Венатор Террин ехал к ней через мгновения после того, как пропал за вершиной.

Террин, заметив Айлет впереди, остановил кобылицу. Его лицо скрывал капюшон, но Айлет уловила смятение от его духа.

— Милисендис в той стороне, — сухо крикнула она.

Он без слов развернул лошадь и снова пропал за вершиной холма. Только Айлет достигла вершины, она увидела, что Террин едет ей навстречу в ту сторону, откуда они прибыли.

Он отбросил капюшон, повернулся в седле и оглянулся. А потом ошарашено посмотрел на Айлет.

Если он играл с ней, она не собиралась поддаваться. Мрачно посмотрев на венатора, Айлет проехала мимо него… но вдруг оказалась лицом в обратную сторону, откуда приехала, поднималась, а не спускалась по склону. Она остановилась, растерявшись, как Террин.

Террин, который больше времени думал над проблемой, сказал:

— Тут проклятие.

— Проклятие? — глупо повторила Айлет.

— Да, — Террин указал на пейзаж, который они пересекли, тропа лентой вилась среди озаренных луной полей, пропадая в темном лесу. Вдали черные холмы виднелись на фоне звездного неба. — Видишь точку света на горизонте? Это замок Дюнлок. А теперь оглянись.

Айлет повернулась в седле. Дыхание застряло в горле.

— То же самое.

Такой же вид раскинулся перед ней, словно отражение в большом зеркале. И зеркало мешало увидеть, что на самом деле лежало впереди.

— Кто оставил бы такое проклятие? — спросила она. Задав вопрос, она догадалась, каким был ответ, и пожалела, что выдала свое неведение.

Террин выглядел напыщенно в свете луны.

— Тенью венатора Нейна была Анафема, создающая проклятия. Видимо, это одна из мер защиты, чтобы скрыть заставу от чужих глаз.

Айлет тихо фыркнула. Предосторожность была бессмысленной — Милисендис уже был так далеко, что нужно было знать, где его искать. Она легко пропустила бы его в темноте, если бы не следовала за Террином.

— И как разрушить проклятие?

Венатор снова посмотрел на нее свысока.

— Не знаешь?

Она не удостоила его ответом, вытащила вокос, прижала к губам и заиграла Песнь призыва. От этой песни Ларанта выбралась ближе в ее разуме.

«Охота?» — воодушевилась она.

— Не совсем, — ответила Айлет. — На дороге впереди проклятие. Найди его для меня.

«Я бы лучше поохотилась».

Айлет изменила песню в более сильную вариацию.

— Слушайся меня, Ларанта.

Тяжко вздохнув, ее тень-волк выскользнула из ее разума, появилась на дороге перед ней и тут же прижалась носом к земле, стала вынюхивать следы магии. Она ходила по краю дороги туда-сюда, но не заходила в проклятие сама.

Вскоре она подняла голову и посмотрела на Айлет.

«Тут. Оно… неправильное».

Айлет закончила мелодию, убрала вокос в чехол, ощущая внимательный взгляд Террина. Он не видел Ларанту в облике волка, но отчасти ощущал ее духовное присутствие. Так что ощущал эффективность песни, которую играла Айлет, доказывая, что она могла управлять своей сильной тенью.

Айлет спешилась и бросила поводья Честибора Террину.

— Подержи его, если не сложно, — сказала она.

Он поймал поводья, но не ответил, глаза были щелками серебра.

Айлет поспешила к своей тени-волку.

— Дай мне свое зрение, — сказала она. Тене-свет вспыхнул в ее глазах, и она посмотрела туда же, куда смотрела Ларанта. Даже с теневым зрением было сложно различить мерцающие нити проклятия Анафемы, похожие на музыку, ставшую видимой. Там было что-то не так, как и сказала Ларанта. Проклятие портилось, стало комком магии, и было сложно понять, где оно начиналось, и где заканчивалось.