Кархедон действительно оказывал ей великую честь, приглашая поучаствовать в любимом развлечении знати. Любая наложница пришла бы в восторг, но Нейт почувствовала себя так, будто к её шее привязали тяжёлый камень. С тех пор как погибла Ламия, жёлтые воды Нила внушали девушке панический ужас. Нейт задрожала. Завтра она увидит ужасных тварей, загрызших её сестру.

— Мой повелитель, я… — прежде чем она успела произнести хоть слово, Кархедон раздражённо взмахнул рукой, молча приказывая удалиться. Не смея ослушаться, рабыня поднялась на ноги и потерянно побрела во дворец. Только к ночи ей удалось успокоиться и немного прийти в себя.

Ладья рассекла островок папируса, и вверх взмыло целое облако водоплавающих птиц. Несколько наложниц от неожиданности ахнули: дикие утки, казалось, заслонили собой всё небо. Стоя на носу лодки, один из лучших воинов Кархедона — младший сын какого-то незначительного вельможи — занёс над головой метательную палку и бросил. Изогнутая деревяшка, напоминавшая бумеранг, со свистом пронеслась в воздухе и ударила птицу в шею. Раздались громкие восторженные крики. Сбитый гусь рухнул в заросли тростника. Оттуда его принёс охотнику ручной кот, следующий за ладьями вдоль берега.

Сам Кархедон в охоте не участвовал, но с интересом следил за происходящим, расположившись в тени на корме, окружённый рабынями и наложницами. Рядом в гнезде из мягких подушек сидела Нейт и вместе с правителем потягивала пальмовое вино. За спиной чёрной тенью возвышался Гиант, обмахивая номарха и фаворитку опахалом из страусовых перьев.

Молодой воин поднял палку снова. На этот раз, описав в воздухе дугу, она упала у ног, не достигнув цели. Другие вельможи тоже часто промахивались. Такая охота была привилегией знати и, несмотря на зрелищность, проводилась для развлечения. Повернув голову, Нейт увидела, как хрупкая лодка из стеблей папируса бесшумно скользит вдоль зарослей камыша. Пока вельможи соревновались в силе и меткости, у берега в тени огромной ладьи расстилал широкую сеть «главный птицелов» — он-то и принесёт основную часть добычи после охоты.

Заинтересованная, Нейт подошла к борту. Четверо обнажённых мужчин держали длинный канат, ожидая команды охотника. Вот он взмахнул рукой — и работники принялись изо всех сил стягивать края сети. Двое мужчин повалились спиной на землю, не выпуская канат из рук. Вены на шеях вздулись от напряжения. Когда всё было закончено, охотник вошёл внутрь сети и начал ломать пойманным птицам крылья. По одной передавал своим помощникам. Те запихивали гусей в клетки. Нейт с изумлением насчитала около тридцати. Обернувшись, она посмотрела на красующихся вельмож, чьи броски всё реже достигали цели, и губы невольно дёрнулись в гримасе презрения. Кинув последний взгляд в сторону берега, где настоящие охотники снова расстилали на воде сеть, Нейт опустилась на подушки рядом с правителем. Чёрная служанка поднесла ей кувшин с вином.

Изначально Нейт была настроена против поездки, но сейчас получала от неё удовольствие. Погода была хорошая. Солнце светило ярко, позади стоял Гиант, обмахивая девушку опахалом, и она почти не ощущала жары. Слуги предлагали сладости и сушеные фрукты в маленьких серебряных мисочках. Наливали дорогое вино, которое охлаждали в воде. Пока другие наслаждались охотой, Нейт смотрела, как ветерок колышет стебли папируса, окружавшие ладью. Заросли были такими высокими, что если бы она сидела в обычной лодке, то скрыли бы её полностью.

Поглощённый увлекательным зрелищем, Кархедон забыл о фаворитке, и Нейт погрузилась в созерцательное состояние, напоминавшее лёгкий транс. Однако стоило заглянуть за борт, в жёлтую муть реки, и её охватывало дурное предчувствие. В отличие от других своих соплеменников, Нейт не была суеверной, но всё равно жалела, что перед охотой не принесла жертву в храме, пытаясь заручиться поддержкой Собека. Мысль о том, что вскоре она увидит его священных чудовищ совсем близко, заставляла нервничать.

Наконец Кархедон подал знак начинать охоту на крокодилов. Копейщики выстроились вдоль левого борта ладьи с гарпунами в руках. Один из них бросил выпотрошенного гуся в реку, и на поверхности расплылось красное пятно. Кархедон поднялся с подушек и подошёл ближе, чтобы разглядеть всё в подробностях. Нейт и другие наложницы последовали за ним. Запах крови привлек крокодилов. Под водой заскользили длинные чёрные тени, собираясь вокруг ладьи. Нейт захлестнула паника. Дико, до безумия захотелось оказаться за безопасными дворцовыми стенами, как можно дальше от жутких монстров. За борт полетело ещё несколько мертвых птиц. Вода рядом с обшивкой словно взорвалась, и все увидели разинутую зубастую пасть, настолько огромную, что, казалось, она могла целиком проглотить человека. Солнце сверкнуло на треугольных клыках. Затем мощные челюсти с лязгом сомкнулись — плававший на поверхности гусь исчез. Нейт вздрогнула. От страха её мочевой пузырь переполнился. Краем глаза она заметила, как две женщины, стоявшие рядом, поспешили укрыться в каютах. Нейт собиралась последовать их примеру, но в этот момент воин наклонился и ударил выскользнувшего из-под ладьи крокодила копьем. Бронзовый наконечник вошёл глубоко в бронированную кожу чудовища и отделился от древка. Раненое животное заметалось в судорогах — всех стоящих рядом с бортом окатило водой. Нейт завороженно смотрела, как гигантский гребенчатый хвост бьёт по поверхности. Обезумевший зверь попытался скрыться на глубине, но воины схватились за пеньковый канат, привязанный к наконечнику. Крокодил дёрнулся — и пятеро крепких мужчин повалились на палубу, с трудом удерживая в руках разматывающуюся верёвку. Их ладони были в крови. Все с тревогой уставились на канат, который, счёсываясь, тёрся о деревянный борт, готовый порваться. И воины, и наложницы, и сам могущественный номарх зачарованно наблюдали за яростной схваткой. Когда крокодил устал, мужчины подтащили его ближе к ладье и попытались снова пронзить копьём. Один из ударов получился особенно удачным и мгновенно убил животное. Тишину взорвали оглушительные вопли восторга.

Нейт с отвращением наблюдала, как омерзительную чешуйчатую тушу втягивают на палубу. Крокодил оказался старым и крупным: морда касалась одного борта, хвост почти дотрагивался до другого. Тем, кто хотел перейти с носа корабля на корму, приходилось с трепетом перешагивать через окровавленное чудовище. Когда воины с добычей вернутся на берег, за работу возьмутся кожевники: из толстой шкуры получатся отличные доспехи для египетской армии.

Охота тем временем продолжалась. Чтобы побороть страх, Нейт перегнулась через борт и с опаской посмотрела вниз, на жутких тварей, мечущихся в реке. Казалось, крокодилы со всего Нила собрались на запах крови и кружили вокруг ладьи. В мутной воде угадывались длинные тёмные силуэты. Ни одного человека Нейт не боялась так, как этих речных чудовищ, священных животных бога Собека. Глядя на них, она вспоминала, как зубастая пасть разомкнулась перед лицом Ламии и полностью заглотила верхнюю часть её туловища. Даже по прошествии стольких лет эта картина стояла перед глазами, словно всё случилось вчера. Нейт не могла дождаться, когда они вернутся на берег.

Девушка перегнулась через борт ладьи, и тут кто-то толкнул её в спину. В ужасе Нейт поняла, что теряет равновесие и летит в воду, красную от крови. Вскрикнув, она выставила руки вперед в тщетной попытке остановить падение. Прежде чем с головой уйти под воду, она увидела, как перед лицом совсем близко от поверхности, извиваясь, промелькнуло длинное тело речного монстра. Нейт не могла поверить: самый жуткий её кошмар сбывался!

«Это сон! Сон!»

Вода залила глаза, рот и уши, на мгновение ослепив, оглушив и дезориентировав. Вынырнув на поверхность, Нейт отчаянно заработала руками. Мокрые волосы облепили голову и лицо, подобно болотной тине. В панике Нейт озиралась по сторонам, но из-за воды, попавшей в глаза, плохо видела. Люди на ладье свесились через борт и что-то взволнованно кричали — девушка слышала голоса, но они казались далекими, словно доносились из-под земли. Уши заложило. Она тряхнула головой, пытаясь вернуть себе слух и зрение, но всё оставалось размытым. Каждую секунду Нейт ожидала, что на неё набросятся: вот-вот крокодил схватит за руку или вцепится в ноги, болтающиеся под водой. Что-то длинное и огромное проплыло под ней. Совсем близко. Горло сдавило от приближающейся истерики. Мокрой ладонью девушка снова протёрла глаза и отбросила назад прилипшие к лицу волосы. Зрение прояснилось, но она по-прежнему ничего не видела, кроме синего неба и жёлтой воды. Крики, доносившиеся сверху, с корабля, стали особенно громкими и тревожными. Захлестнула паника: люди, стоящие на борту, видели то, что сама она не замечала. Нейт резко обернулась. Из воды, как в самых жутких её кошмарах, показалась страшная удлинённая морда. От ужаса Нейт парализовало. Она едва не пошла ко дну.