Крепче сжав пальцы, я припал к ее губам. Тейлор дышала с трудом, но отвечала мне, будто ничего другого и не хотела. Я толкнулся в ее рот языком, во влагалище — пульсировавшим членом.

— Вот так, — прорычал я. — Прими меня. Я отдам тебе всего себя. И хочу, чтобы ты приняла.

Тейлор задыхалась и кивала. Ухватив меня за запястье, она вцепилась в него, убеждая меня придушить ее еще немного. Я сжал ее горло и углубил поцелуй. Двигая бедрами все резче и сильнее, я заставлял Тейлор прерывисто стонать. От недостатка кислорода она слабела подо мной. Но я знал, что если отпущу сейчас, лишу ее поразительного оргазма.

— Еще немного, — пообещал я, почти соприкасаясь с ней губами. — Дай мне, что я хочу, Тейлор.

Мои слова подтолкнули ее к краю, и мгновение спустя тесное влагалище стиснуло член. Рыкнув от удивления, я излил свою разрядку в ее горячее, принимающее тело. Тейлор содрогалась от сильных спазмов, вытягивая из меня все семя до последней капли. В конце концов, она замерла, и я отпустил ее горло, передвинув ладонь ей на грудь. Наши взгляды встретились, и я почувствовал между нами связь. Крепкую и неразрывную. Зеленые глаза Тейлор блестели от потребности, выходившей за рамки секса. Она хотела сильного мужчину, чтобы побыть слабой.

Если бы Тейлор пожелала, я бы пронес ее на руках через адское пламя.

— Поверить не могу, что мы сейчас сделали, — произнесла она, опустив трепещущие веки.

Ухмыльнувшись, я вышел из нее, и наши соки пролились на ее идеальный диван. Тейлор лежала на нем, совершенно расслабленная. Обычно она напрягалась до предела, и сейчас было отрадно видеть ее спокойной. Быстро натянув джинсы, я поднял ее с дивана. Вот и поговорили.

Розовощекая и лохматая крошка напоминала спящую фею. Словно я нашел ее в лесу, и теперь она принадлежала мне. Мое чувство собственничества по отношению к ней отличалось от всего, испытанного мною прежде. Возможно, я хотел защитить Тейлор потому, что она была маленькой? Или потому, что невероятно пахла? Или потому, что была стальной снаружи, но хрупкой внутри?

— Ты готова лечь спать, феечка? — спросил я, неся Тейлор в ее постель. Будь я проклят, если бы еще одну ночь провел в гостевой спальне. Нет, я твердо решил сжать эту маленькую ворчунью в объятиях и не отпускать.

— Феечка? — улыбнулась Тейлор, приоткрыв один глаз. И улыбалась она ослепительно. Ей понравилось ее новое прозвище.

— Ну, знаешь, — рассмеялся я, — лесная фея. Ты голая. Феечки как раз обожают бегать голышом.

— С чего это ты так осведомлен? — очаровательно рассмеялась она. Как перезвон колокольчиков.

— У меня три племянницы, — пояснил я, опустив Тейлор на безукоризненно заправленную постель.

— Я ничего о тебе не знаю, — нахмурила она идеальные брови. — Из меня вышла ужасная жена, — Тейлор вдумчиво закусила губу, даже не пытаясь прикрыть свое упругое тело. Мой член снова встал и приготовился, но сначала я должен был привести нас в порядок после первого бурного раунда.

— Только мы собрались поговорить, как ты захотела меня, — поддразнил я, направляясь в смежную ванную. Но когда я намочил губку и вернулся к кровати, Тейлор уже спала. Я омыл ее, затем себя и выключил в квартире свет. Вернувшись в спальню, я нашел Тейлор голой и лежавшей в той же позе.

Она была легче пушинки, поэтому я с легкостью вытянул из-под нее покрывало с одеялом и укрыл ее. Сам я устроился рядом и практически уложил ее поверх себя. Всего пять месяцев назад в моих руках была Барб. Я любил ее больше жизни. Однажды у нас даже были подозрения на беременность. Перспектива стать отцом встревожила и вместе с тем обрадовала меня. Тест показал отрицательный результат. Я был разочарован. Барб вздохнула с облегчением. Оглядываясь назад, я понимал, что ребенок вообще мог быть не от меня. Потом выяснилось, что она за моей спиной спала со всеми подряд, и я чуть не сошел с ума. Я мог закрыть глаза на многое, но не на измену.

Я никогда не был из тех, кто делится.

Отнюдь.

Маленькая ладонь Тейлор скользнула по волосам на моей груди и остановилась на прессе. После расставания с Барб я слишком много времени проводил на тренажерах. Даже на шоу я все время тренировался в домашнем зале, пока Тейлор пропадала в студии. По контракту мне было запрещено работать. Я превратился в проклятого мужа-домоседа. Будто мне отрезали яйца. Конечно, благодаря шоу я зарабатывал деньги, но уже успел его возненавидеть. Нью-Йорк разительно отличался от Канады. Я скучал по тишине. По охоте. По брату и его семье.

В домашней студии заиграла до боли знакомая песня, и я поморщился. Телефон я ненавидел не меньше. Посторонние люди руководили каждой стороной жизни моей жены. Мне понравилось, как сегодня Тейлор забыла обо всех и думала только о своих желаниях.

И обо мне.

Перед тем как заснуть, я обнял ее еще крепче. Может, утром Тейлор не обрадовалась бы, но плевать я хотел. Я ее попробовал. Я ее взял. И больше не собирался отсиживаться в тени ее жизни. Нам было хорошо вместе. Осталось лишь убедить в этом Тейлор.