— Я должна была догадаться, что эти типы из ФБР. Они совсем не давали чаевых, — сказала она.

— А мне с самого начала показался подозрительным тот тип с автоматом, — добавил я.

— Почему?

— Он пил легкое пиво, — объяснил я. — Ты же работаешь официанткой и должна была заметить, что все, кто пьет легкое пиво, в большинстве своем — придурки.

— Я как-то не обращала на это внимания, но теперь, когда ты сказал... Пожалуй, так оно и есть, — согласилась она, глубоко затягиваясь сигаретой, и я подумал, что она наконец-то немного расслабилась.

Некоторое время мы ехали молча. Кит докурила сигарету, прикурила следующую и вскоре успокоилась настолько, что стала с гордостью показывать мне местные достопримечательности.

— Видишь вон ту дорогу к пляжу?

— Вижу. Ну и что?

— На этом месте Стив Маккуин снимал свой фильм... Он там сам играл грабителя банков, а Фэй Данауэй — следователя.

— Я что-то не припомню этого фильма, но звучит здорово, — сказал я.

— А там, чуть подальше, живет знаменитый писатель Джон Апдайк.

— Джон Апдайк? Похоже на псевдоним порноактера, — сказал я.

— Вообще-то, имя Джоан ему больше подходит, — усмехнулась Кит. — А вон там — гляди! Там Джеки разогнался на своем «порше» до ста десяти миль в час, и его зацапала дорожная полиция.

— Кто это — Джеки?

— Мой бойфренд, — небрежно пояснила Кит.

— Хороший парень?

— Кому нужны хорошие? — капризно заявила она с интонациями Мадонны.

— Что ж, я готов допустить, что он такой, как надо, и даже лучше, но я знаю о нем одну вещь, о которой ты даже не догадываешься.

— Какую же?

— Он недостаточно хорош для тебя, — сказал я.

Кит осторожно покосилась в мою сторону.

— Ты что же это, клеишься ко мне, что ли? — спросила она с легкой улыбкой.

Мое молчание было достаточным ответом, который взволновал ее именно в той степени, в какой мне хотелось.

Под Ипсуичем мы увидели небольшой ресторанчик «Рыбный садок». Сквозь потолочный люк и разбитое окно «камри» в салон врывалась уже не свежесть ночи, а запах жареной рыбы. На обочине стояли десятки машин; не меньше полусотни человек ждало снаружи.

— Смотри, похоже, неплохое местечко, — сказал я. — Хочешь, заедем? Я что-то проголодался.

— Здесь продаются лучшие жареные мидии в Новой Англии, — с гордостью объяснила Кит.

— Правда?

— Ты когда-нибудь ел жареных моллюсков?

— Нет.

— Отличная штука. И в этой забегаловке их готовят лучше, чем где бы то ни было. Здесь все лето бывают жуткие очереди. Говорят, сюда захаживает сам Тед Уильямc.

— Так что, останавливаемся? — спросил я, начиная притормаживать, но Кит покачала головой:

— Нет. Мне нужно домой.

Мы поехали дальше, и чем больше мы удалялись от Бостона и приближались к Ньюберипорту, тем увереннее Кит себя чувствовала и тем чаще улыбалась.

— Значит, Джеки недостаточно хорош для меня, так? — проговорила она. — А сам-то ты кто такой, мистер?

Она действительно воспрянула духом, и я в свою очередь потрепал ее по колену. Кит, похоже, не возражала, и я почувствовал, как во мне растет что-то вроде уважения. Я имею в виду, что не знаю, как бы я себя вел, если бы час назад кто-то попытался застрелить моего отца, только вряд ли держался бы так спокойно, как она. Под хрупкой внешностью вчерашнего подростка скрывался непростой, почти сформировавшийся характер.

— Где именно в Солсбери ты живешь? — спросила она.

— Пока нигде. То есть я ночую в одной гостинице, но это временно. Я пока еще не определился.

— А сколько тебе лет?

— Двадцать пять, через месяц с небольшим будет двадцать шесть.

— Двадцать шесть? Ты, выходит, на целых семь лет старше меня?

— Да, а что?

— Так ты же просто старик! — насмешливо сказала она.

Это замечание заставило меня слегка поморщиться. Мало кому приятно слышать такие слова из уст прелестной девушки, а Кит несомненно была прелестна.

— А тебе, значит, девятнадцать? — уточнил я.

— Мне уже почти двадцать, — ответила она.

— Так ты еще совсем ребенок, — кольнул я в ответ.

Кит посмотрела на меня с наигранным раздражением:

— Как тебя зовут? Ты говорил, но я что-то забыла.

— Шон.

— Это я помню, а вот фамилия совершенно у меня вылетела.

— Шон Маккена. Слушай, а тебя-то как звать? За всей этой ерундой я совсем забыл спросить!

— Кэтрин, но все зовут меня Китти или просто Кит. Когда-то я просто ненавидела свое имя, но сейчас оно мне даже нравится. Кит, я имею в виду...