— Эдорик тут с охраной.

— Ты хочешь, чтобы я ещё и вместо тебя работу делал? Я не против. Только тогда скажи об этом Киту, — невзрачный помощник босса посмотрел на бугая с насмешкой, — Не хочешь? Тогда иди и помни — деньги должны оказаться здесь. А что будет с Эдориком и его охранниками, мне не интересно.

Как только разговор зашёл о деньгах, Вика сразу решила, что это её тема. При том, что теперь никакой острой нужды в них у неё не было, она искренне полагала, что много — не мало, и лишними деньги никогда у неё не будут, хотя бабушка и приучила её — нет, не к скупости, а скажем так, к рачительному использованию средств.

А диверсия как же? Вика решила, что одно другому не помешает. Вообще, ситуацию, вот это вот всё — «карты, деньги, два ствола», с её возможностями Скрыта, Динамического Щита и прочего, она оценивала для себя, как неопасную.

Вика не сомневалась, что однажды решив пощипать девицу с непонятно откуда взявшимися деньгами, Кит рано или поздно направит следующих исполнителей, взамен облажавшихся. Но, для деляги такого уровня, она вовсе не приоритет, и даже не из тех, про кого думают постоянно. Значит, связать неудавшееся на неё нападение с ней самой, ни Киту, ни его подручным не придёт в голову.

Кстати, насчёт подручных. Одним из подручных бугая Вемпа, оказался Толстый. Тот самый её неудачливый похититель, бросивший своего напарника и успевший сбежать.

— Свободного столика, Штосс, в зале сейчас не найдёшь. Устройся у стойки и, смотри, не пропусти, как они начнут выходить, — Вемп поставил кубок и громко рыгнул, — И это. Надо куниковцев подготовить.

Следить за развитием событий находясь в Скрыте было интересно. Вика послушала инструктаж, который главбугай устроил своей команде из семи человек, если считать его самого. Вместе с уже знакомым ей бандитом по прозвищу Толстый спустилась в подвал, где, за рядами складов и кладовых, скрытая тяжёлой, обитой металлом дверью, находилась целая частная тюрьма с четырьмя камерами для пленных, пыточной и комнатой охраны. Правда, вся охрана состояла из подвыпившего увечного старика и молодого паренька, живших здесь же, в комнате с узким зарешёченным окошком под потолком.

Двое, как поняла Вика, представителей конкурирующей банды содержались в камере, находившейся ближе других к выходу из тюрьмы.

— Вам конец, Вемп! Ты понял? — хорохорился один из сидельцев — второй, в это время, изображал на лице солидарность со словами своего товарища, — А тебе, Толстый, особенно. Куник с тебя лично шкуру спускать будет, прежде, чем в Вену твой труп бросить.

— Может их прям сейчас кончить? — спросил самый молодой из троицы спустившихся в тюрьму бандитов, — Слушать ещё всякое дерьмо.

— Нет, Шустрик, они нам свеженькими будут нужны, — оскалился в многообещающей улыбке Вемп, — Трупами. Ха-ха.

— Вам всё равно конец, сволочи! — продолжал бесноваться будущий труп.

В принципе, план Вемпа Вика поняла достаточно быстро, не бином Ньютона. Да и откуда в Средневековье, пусть и магическом, да ещё в среде портовых бандитов, найти мастеров планирования спецопераций?

Как она поняла, напоить, заманить в вип-комнаты и там прикончить капитана Эдорика с его людьми, было невозможно по причине строжайшего запрета Кита бросать тень на репутацию его таверны. Щустрик, предложивший эту гениальную идею, получил в качестве награды за активную рационализаторскую работу крепкий подзатыльник от Толстого.

Эдорика решили брать на дорожке между таверной и гостиницей, где капитан остановился на ночлег. Для чего там уже заранее убрали уличные масляные фонари. Трупы бандитов Куника должны были указать, кто стоял за нападением. А Вемп со своими людьми собирался выступить в роли пытавшихся спасти капитана, но сумевших лишь частично наказать напавших.

В общих чертах, у Вики созрел и свой план, как наказать Кита, его людей, его бизнес и, заодно, самой поживиться, взяв с капитана Эдорика, вполне ею заслуженную, как она искренне посчитала, плату за жизнь его людей и его самого.

Из интереса она покрутилась и возле столика, где наливался вином и злой желчью контрабандист.

То, что Эдорик занимается именно этим нелегальным бизнесом, соединяя его иногда, как здесь было принято, и с пиратством, Вика уяснила довольно быстро, послушав разговоры капитана со своими помощником, штурманом и командиром абордажной команды, которые сейчас выполняли, заодно, работу охранников.

Охраняли они не только и не столько Эдорика, сколько деньги, накопленные для смены судна. За имевшиеся при них пять тысяч лир, разумеется, корабль, даже самый маленький, не купишь, это Вика уже понимала, понемногу вникая в ценообразование в мире больших денег — Нелле-то и сто лир казались недостижимым богатством. Кит обещал Эдорику за эту сумму отдать призовой, то есть захваченный кем-то, корабль, приняв её в качестве доплаты. Эдорик отдавал свой старый корабль плюс пять тысяч лир, взамен получал призовой, тоже далеко не новый, но более крупный.

— Зря мы вообще с этим Китом сволочным связались, — высказал своё мнение Зуб, командир абордажников, мускулистый, рано поседевший мужчина, лет сорока на вид, — Капитан, пошли отсюда.

— Сколько уже можно, Зуб, — ответил ему, вместо капитана, его помощник, — Сто раз уже обсуждали. Столько денег теряем, при такой загрузке. Риск-то одинаковый, а товаров привозим меньше. На нас ещё долг висит. Не забыл?

Эдорик выпал из разговора со своими людьми, ещё до того, как к их компании незримо присоединилась Вика. Мужик явно терзался проигранной стычкой с Клюсом. Он, то сжимал, то разжимал кулаки, и пил, не закусывая.