–  Эта кет не знает, что произошло, царица-д'дселлан, - призналась я, но уверена, что достославную убили.
– Я помолчала, пока царица пыталась подавить тревогу.
– Корабль, на котором эта кет прибыла на Д'Дсель, ищет существо...
– тут я замолчала, не в силах подобрать подходящее слово, оно... охотится здесь. Мы опасались, что существо добралось до вашего мира.

Царица обхватила себя конечностями, выражая отчаяние. Остальные панацейцы беспомощно последовали ее примеру, подчиняясь эмоциональным сигналам своей госпожи. Я отступила на шаг назад, но остановилась, когда она подняла голову и посмотрела на меня. Как сверкают ее глаза!

–  Корабль Федерации получит нашу помощь, мадам кет. Мы хотим, чтобы убийца понес справедливое наказание.
– Она сделала жест, показывающий, что я могу идти.
– Однако ваши дела с Микс не имеют к этому никакого отношения. Мы рассчитываем на ваше благоразумие.
– Она выпрямилась и грациозно подняла стройную конечность.
– Мы будем ждать новой инкарнации нашей любимой Микс.

Как им объяснить? Я колебалась, не зная, что выбрать: правду или надежду. Возможно, им не нужна правда. Можно не сомневаться, что имя Микс появится в одном из следующих поколений. И то, что это будет другая Микс, имеет значение только для меня и членов моей Паутины.

Я поклонилась и ушла.

Оставался только один шанс выяснить, что произошло. Как только за мной закрылась дверь катера, я отключила внутренние сенсоры и почти мгновенно перешла в форму Паутины. В спешке я поглотила сумку и стекло вместе с частицей Микс, которая могла мне поведать о своей гибели.

Через мгновение я вновь обрела форму кет и теперь, надевая юбку и хубит, пыталась осмыслить то, что при других обстоятельствах показалось бы мне занятным. Единственное, что мне удалось почувствовать, было удивление.

Пора включать сенсоры.

ГДЕ-ТО ТАМ

Проносясь сквозь пространство, точно комета, смерть извивалась от восторга, сбрасывая излишки массы, однако самоуничтожение проходило безболезненно.

Самосознание.

Слияние.

Все, что знала она, теперь знаю я. Все, чем была она, теперь часть меня.

Смерть, познавшая уверенность и цель, определяла положение звезд и вычисляла расстояния.

Скорее туда, где я найду источник нового наслаждения!

Вчера произошло еще одно исчезновение. Сек-аг из касты архитекторов. Прямо из дома, - заявил Рэджем, садясь за стол напротив меня. Он пренебрегал всеми формулами вежливости, хотя счел необходимым понизить голос, чтобы его слышала только я. В кают-компании вахтенные убирали тарелки после ужина, члены экипажа собирались во что-то играть. Офицеры дневной вахты пришли на завтрак и обсуждали какие-то свои проблемы. Удивительная активность для стоящего на земле корабля. Я подняла взгляд от тарелки.

–  Не слишком благоприятное начало дня, Поль-человек.

Рэджем взял чашку сомбея с подноса, который принесла Лоренк Джен, и рассеянно поблагодарил ее. Он некоторое время наблюдал за ароматным паром, поднимавшимся над напитком, а потом взглянул на меня.

–  Это произошло прошлой ночью во время праздника.
– Рэджем сделал слишком большой глоток и состроил гримасу.
– А где находилась ты, Нимал-кет?

Мои пальцы затрепетали, и я демонстративно рассмеялась:

–  Эта кет ищет мира и покоя, Поль-человек, ты же знаешь.

–  Где?

Вот так. Я заметила, что его лицо приобрело особенно кроткое выражение.

"Рэджему не следует играть в карты, - подумала я.
– Его всегда выдают глаза".

Сейчас в них застыло подозрение.

Я взяла ломтик поджаренного хлеба и теперь наслаждалась его вкусом, откусывая маленькие кусочки. Внешняя поверхность сохраняла твердость и прекрасно сочеталась с мякотью внутри. Человеческая пища всегда отличалась противоречивостью. Как жаль, что при такой форме она не имеет вкуса! К счастью, перед тем как отправиться на корабль, я побывала на рынке, где купила соус. Вот она, небольшая баночка с моим любимым лакомством. Меня нисколько не смущало предупреждение на этикетке - "Ядовито!". Панацейцы, как и люди, не могут переваривать деликатесы кет.

–  Эта кет получила удовольствие от прогулки по рынку, Поль-человек. Мне непонятно, почему тебя интересует мое времяпрепровождение в тот момент, когда произошла трагедия, - сурово проговорила я.

Рэджем взял в руки баночку, и его вздох облегчения был таким же очевидным, как прежние подозрения. Я купила соус потому, что не сомневалась: человек обязательно проверит время моего возвращения на корабль и потребует объяснений. Гораздо проще говорить правду.

Однако размышления о правде лишили меня аппетита. Тем более - после трудной ночи, прошедшей в попытках убедить себя, что Микс мертва. Однако я прекрасно знала, что мы не можем умереть. Более того, у меня появились подозрения, переходившие в уверенность, что Микс поглощена против ее воли. И я очень хорошо представляла ужас и боль такого конца. Ей следовало закончить свое существование по собственному выбору, через многие тысячелетия, превратившись, быть может, в небольшой спутник планеты, которую она так любила. А теперь от Микс остались лишь воспоминания, которые я несла в себе.