Мы проходим в гостевую комнату, где мама представляет меня нескольким женщинам. Определить их возраст крайне сложно. Эти дамы переборщили с ботоксом.

«Невест» пока не видно, поэтому я немного расслабляюсь.

И что вы думаете?

Ну, разумеется! Разумеется, жизнь мне дает пинок под зад.

Из-за угла выходит Сара Ибрагимовна Штольц.

Дьявол ее забери!

Эта карга еще жива?

Судя по загоревшимся азарту в глазах — живее всех живых!

Как всегда в новой шляпке (сегодня синего цвета. Уверен, её коллекции позавидует сама Елизавета II), с тростью (которой мне в детстве по горбу прилетало) и неизменным хищным оскалом.

Сглатываю, пятясь назад.

— Бабуль! — слышу звонкий голос позади Сары Ибрагимовны, и чуть не стону в голос от досады.

Я что по дороге черную кошку задавил?!

Близняшки Штольц выплывают из-за угла.

Спасибо, мамочка!

Когда она сказала «невесты», я подумал что опять чьи-то дочери, но никак не однолицые!

Подстава так подстава!

Тру шею и с шумом сглатываю. Подойдя сзади, мама утешающе гладит меня по спине.

О нееет! Ну неет! Скажите, что это всего лишь глюк! Этот кошмар не может быть наяву!

Спросите, что же тут такого?

Ну старуха и две внучки? Ничего примечательного.

Хах! Если бы!

Сара Ибрагимовна Штольц, боги заберите её душу, эдакая копия Розы Сябитовой. Сваха, проще говоря! Эта бабуля настоящая охотница за состоянием. Пристроила своих троих дочерей и восемь. Восемь, Карл! Внучек в очень состоятельные руки.

Близняшек Штольц я знаю с детства. Мы учились в одной школе, но, к моему неземному счастью, после её окончания наши пути разошлись. Я питал надежду, что навсегда.

Бабушка Сара уже не раз намекала, что, мол, отличная пара вышла бы из детишек. Причем кто будет моей «парой» близняшка Любовь или Надежда — ей было абсолютно фиолетово.

Близняшки Штольц и сами были не против, а очень даже «за». Настолько «за», что весь свой выпускной год в школе, я шарахался от этих однолицых и был вынужден прятаться по углам.

Какими только изощренными способами они не пытались меня окольцевать. Близняшки были сдвинутыми на всю голову маньячками, а ещё злобными, коварными гарпиями. Собственно, из-за них мне так и не удалось найти себе постоянную подругу в школьные годы.

Видите ли, в комплекте ко мне прилагались две шизанутые девицы, и никто из знакомых девчонок даже близко ко мне не подходил. В основном, я встречался с девчонками из соседних школ, но как только близняшки Штольц отрезали волосы моей девушке, с которой я провстречался около месяца, а другой, которая продержалась еще меньше, в гель для душа подмешали синьку, меня начали обходить стороной, как будто я болен Эболой.

— Александр! — бабуля уже стремительно несётся ко мне. Подлетев, треплет по щеке и произносит, — как вымахал-то! Красавец!

Странно, как еще зубы не просит показать. С нее станется.

— Здравствуйте, — невнятно бормочу, ища пути отступления, но по сторонам уже образовались две пираньи.

За те четыре года что я их не видел, они повзрослели, а ещё кое-где подросли.

Похоже, они накачал себе сиськи. Но, знаете, чтобы там не говорили про мужчин и про то, что их жизнью управляет член, даже эта «приманка» не убавила моего желание испариться из этой комнаты. Я бы предпочёл вариться в котле в самом Аду, чем терпеть тупое заигрывание однолицых.

Эти две дуры однажды подвешали мне в суп «приворотное зелье», которым я траванулся и неделю провалялся в больнице.

Ага. Вы представляете насколько все запущено? Они представляют реальную угрозу для жизни. Однолицых нужно изолировать от общества.

— Сашка! — восклицают они в унисон притворно-радостными голосами и повисают на моей шеи.

Целуют в обе щеки, оставляя липкий след блеска, и начинают наперебой болтать:

— Давно тебя не видели!

— Мы так по тебе соскучились!

У них эта дурацкая особенность всегда говорить «мы» вместо «я». Не помню даже, чтобы видел их по отдельности.

— Ой, а правда, что ты больше не занимаешься боксом?

— Правда, — ворчу, пытаясь отцепить пиявок от своей шеи.

Господи, да они же меня сейчас задушат!

— Так жааалко! — протягивают снова в один голос.

Наконец, мне удается отцепить их от своей шеи.

— А бабуля сказала, что тебе и не нужен этот бокс. Говорит, ты будешь главным на канале.

Ещё бы она им не сказала! Нужно же замотивировать своих бультерьеров.