— Немного экспериментальное, — отвечает Эрент. — На самом деле, я хотел предложить вам поучаствовать в одном из экспериментов. С магической процедурой… — Он оценивает наш вид, воздевает руки: — Знаю, вы сейчас процедурам не доверяете. Но эта абсолютно безопасна — а в прошлый раз я ведь об опасности предупреждал…

— Только в масштабах ошибся! — рявкаю я. — Значит, теперь небеса не разверзнутся, просто немного потрясёт?

Срываюсь на него, а самому вдруг становится паршиво. Ничего плохого вроде ещё не произошло, а вся эта гадость внутри уже смешивается, шипит как кислота. Разъедает внутренности. Прямо чувствую, как во мне прожигает дыру, как из неё потихоньку валит пар. Отчаянно хочется что-нибудь сделать. Выставить своего врача прочь, заговорить с Элой, переубедить её — но вместо этого я только сижу, впиваясь в подлокотники. И это бессилие отравляет.

Убивает.

У нас только всё наладилось.

Я не должен бояться нормальных чувств. Но что если Эла ещё не привыкла, что если без магии всё пойдёт не так? Полетит под откос? Что если она не сможет жить со мной?

Снова смотрю на девчонку. Повторяя себе: у неё есть право решить. Я учусь не ревновать её к каждому мужчине в лаборатории, не держать при себе двадцать четыре часа в сутки! Только эта мысль не помогает.

А Эла как-то странно моргает и сжимает руки:

— Да сколько же можно?

Эрент поднимает брови. Я выныриваю из водоворота паршивых чувств.

— Что-то не так? — уточняет врач.

— Извините, но сколько можно мотать туда, сюда? То нас тянет магия и этого не отменить, то отменить можно, но один из нас не желает, то мы вроде бы живём в мире с этой магией, и тут вы снова находите выход! Мне жаль, но я… да не хочу так больше.

Я просыпаюсь. Окончательно.

— Эла?

— Мне хорошо в том состоянии, в котором я сейчас, — продолжает она горячо. На бледных щеках проступает румянец. — Я больше не чувствую такого уж влияния… у меня нет конфликтов между тем, чего хотят тело, аура и разум. Мы опять должны всё перекроить? Я не хочу! Может, конечно, кто-то со стороны увидит в этом корысть, решит, что я держусь за своё место рядом с богатым мужчиной, но и этого чувства с меня хватит!

Я смотрю на неё — безмолвно. Несколько секунд.

А потом просто встаю.

— Эрент, твоё предложение не интересно, — пытаюсь сказать это ровно, но звучит зло.

— Я… да, я вижу.

— Тогда разговор окончен.

— Но вы не дослушали! — неожиданно возражает Эрент. — Точнее, я предполагал, что вы откажетесь. Но я говорил не только о таком эксперименте. Просто, вы знаете, уже несколько лет исследования пар с древней кровью говорят, что притяжение на самом деле почти не ощущается, когда люди, ну, любят друг друга. — Он пожимает плечами и начинает говорить быстрее: — Эти чувства сильнее, они естественным образом перекрывают тягу аур. Поэтому же пары могут ссориться — просто потом, стоит немного остыть, они вновь поддадутся страсти. Были даже ситуации, когда у человека аура резонировала с кем-то одним, а он был счастлив в браке с другим.

Я пытаюсь осознать всю эту тираду.

— Что?

— Я подумал, что вас данная сторона вопроса может заинтересовать! Вы сейчас хорошо справляетесь как пара, и учитывая вашу тягу к науке, мне кажется, было бы здорово снять ваши показания, записать их.

Долго смотрю на Эрента. Эла занимается тем же самым.

— Раньше ты не говорил. О чувствах.

Вместо этого он говорил моей женщине, что она может стать идеальной любовницей?!

— А разве это как-то помогло бы? В предыдущих ситуациях?

Желание прогнать его из своего дома достигает пика. Даже если он к демонам прав.

— На сегодня хватит. Точно, — цежу я.

— Хорошо, — Эрент поднимает руки, кивает нам. — Рад был вас видеть.

Он удаляется почти невозмутимо.

А я шумно вздыхаю.

Смотрю на Элу, с которой мы остались одни. Потом подхожу, снова подхватываю её из кресла и прижимаю к себе. Она даже пискнуть не успевает. Ещё некоторое время мы стоим на месте. Я сжимаю её, просто сжимаю. Глажу шею, волосы, кожу за ухом. Сердце никак не уймётся.

— Хочешь оставить всё как есть, значит? — спрашиваю хрипловато.

Она поднимает голову. Смотрит на меня своими необычными жёлтыми глазами — открыто, прекрасно, будоражаще. Так, как никто на меня не смотрел.

— Мне нравится, как всё есть. Мне… очень нравится, Траяр.

И ещё она сказала, что её чувства в гармонии с разумом…

Во рту как-то сухо, а надо бы что-то ответить. Что-нибудь осторожное, подходящее ситуации. То, что сгладит впечатление от этого ненужного визита, не испугает её.

— Выходи за меня.

Эла расширяет глаза. Отклоняется назад — и чуть покачивается на каблуках. Я быстро хватаю её крепче.

— Тебе не кажется, что это немного рано? — выдыхает она. — В смысле… это!..

— Ты только что сказала, что тебе всё нравится. И ты хотела быть смелой. — Не знаю, кто тянул меня за язык, но отступать нет смысла. И желания.

— Не лови меня на словах!

Запускаю руку ей в волосы, сжимаю красный шёлк у затылка.

— Ты же не думаешь, что я пригласил тебя жить в своём доме без этой мысли? — говорю тише. — Что я целую тебя, обнимаю, раздеваю не всерьёз? Я хочу, чтобы ты знала: я всегда был серьёзен на твой счёт.