– Ты должен мне кое-что объяснить, - требовательным тоном заявила, вскинув голову вверх, чтобы заглянуть Воронову прямо в глаза.

– И что же? – он скрестил руки на своей груди и сжал плотно челюсти.

– Что за дрянь у тебя в ванной в ведре? Ты ранен? – я злилась из-за того, что Вадим решил меня обмануть.

– Не имеет значения. Обычный пустяк.

– Пустяк? – меня пробрал нервный смех. – Там, блин, столько бинтов в крови, что вряд ли, всё это можно списать на пустяк.

– Чего ты хочешь от меня? – в глазах Воронова мелькнуло раздражение, быстро сменившееся усталостью.

– Покажи, что у тебя там, - тут же ответила я.

– Смотрю, ты от меня не намерена отцепиться? – он тяжело вздохнул.

– Не на ту напал. Думал, задобришь меня сексом? По-моему, ты совсем не знаешь, на что я бываю, способна, Воронов.

– С вами женщинами иногда бывает до трясучки сложно, - Вадим начал быстро расстегивать рубашку, я старалась терпеливо ждать, но у меня с этим, как обычно проблемы. 

Наконец-то, с пуговицами было покончено и то, что я увидела, ну никак не вязалось со словом «пустяк», как я и говорила. Широкая грудь Воронова была туго перебинтована, захватив всё правое плечо. Стрёмно было представить, что именно скрывается под плотным слоем белой материи.

– Как? – тихо спросила я, продолжая внимательно рассматривать торс Вадима.

– Сквозное пулевое, - сухо ответил он, - не первый раз. На мне всё как на собаке заживет, - кривая ухмылка коснулась его губ.

– Ты совсем дурак?! – вскрикнула я и ударила Воронова в бок, но мой удар был бессилен против него. – Ты, блин, чокнулся?! Какого черта?! Какой нахрен секс, когда… когда у тебя такое?! – я развела руки в стороны, задыхаясь от накатившего потока эмоций. – Что за самоуверенность?! Ну, ты ведь не маленький! А если… если станет только хуже?! – меня буквально распирало от злости и негодования.

Вадим ничего не ответил на мои возгласы, он просто рассмеялся. Раскатисто, от души, но тут же наморщился и аккуратно приложил ладонь к перебинтованной груди.

– Почему ты смеешься? – его реакция неожиданно для меня самой сильно задела.

– Никто прежде не выражал таким вот экстравагантным образом свое беспокойство обо мне.

– А что еще я должна тебе сказать? – упираю руки в боки. – Да, я беспокоюсь за тебя, но то, что ты проявил дурной героизм и ничего мне не сказал, заставляет злиться. За такое по голове не погладишь.

– Прости, всё еще не могу привыкнуть к твоему характеру, - Вадим сел на диван.

– Как так получилось? – тихо спросила я, после длительного молчания и уселась рядом с Вороновым.

– Как обычно. Поверь, у меня есть целый вагон и маленькая тележка желающих вынести из моего черепа мозги, - он улыбнулся, будто это действительно смешно, а у меня по коже прошлись мурашки.

– И когда это случилось?

– Несколько дней назад. Меня заштопали, так что переживать не о чем, - Вадим откинул голову на спинку дивана и повернулся ко мне.

– Ты очень бледный, - заявила я.

– Так и не мальчик уже. В этот раз восстанавливаюсь дольше обычного.

– Если бы я узнала еще вчера, то приехала бы и надавала тебе лещей, - продолжаю злобно бурчать, точно как бабка в трамвае.

– Почему ты отказалась? – вдруг серьезным тоном спросил Вадим.

– Потому что, не хочу быть для тебя собакой на коротком поводке. Я не дура и понимаю, что между нами не будет, так как это вроде принято в обществе. Но я не хочу, чтобы то, что между нами есть, исчезало, а это возможно, если твое потребительское отношение будет настолько очевидным, - я нервно прикусила губу, ловя себя на мысли, что эти слова мне дались не так-то уж и просто.

– Мое отношение к тебе не потребительское, - Вадим взял в свою большую ладонь мою руку. – Я, такой, какой есть – жесткий, не всегда умею быстро переключиться с работы на личную жизнь. Знаешь ли, это порядочно ломает мозг. Я хотел тебя увидеть, а когда я чего-то хочу, то могу быть несдержанным.

– Не надо так со мной, - я глянула на Вадима, затем опустила взгляд на наши руки. – Я ведь не железная и с твоей стороны очень жестоко, сначала дать мне, то катастрофически необходимое мне тепло, а затем вот так просто отнять его.

– Прости, - Воронов притянул меня к себе и поцеловал в макушку, отчего я была готова замурлыкать довольной кошкой. – Но я, правда, не могу ничего тебе предложить, кроме непостоянных встреч.

– А я и не прошу многого. Давно привыкла к тому, что жизнь ничего не приносит мне на блюдечке. Просто позволь мне хоть иногда находиться рядом с тобой, вот и всё.

– Хорошо, - Вадим поцеловал меня в лоб.

– У тебя очень горячие губы, да ты и сам весь горишь, - я нахмурилась.

– Наверное, температура просто поднялась.