– Запомни, Сов – в женской трехбуквенной монограмме, первая буква – от имени, она поменьше второй, вторая, в центре, побольше – от фамилии, а третья, опять по высоте такая же, как и первая – от отчества. В двухбуквенной монограмме – первая буква – от имени, вторая – от фамилии. Размер букв одинаков. Раньше так делами, сейчас – многие этого и не знают. Иногда фуфлоделы на этом прокалываются. Нарежут вензелей и говорят – ложечки купца такого-то. А знающий человек посмотрит и скажет о них все что думает, по-простому скажет, по русски-матерному.

– Да, знаю я про это, Сергей. Ты, что забыл – я знаю все, что ты когда-то читал, видел…

– Да просто хотел эрудицией блеснуть, забыл, честно говоря, о твоих энциклопедических познаниях…

Так, сморим дальше…

Кружки щербатые советского периода – в мешок, это все туда же… Разнобой дулевский – только место на полках занимать будет, дорого не возьмут, однозначно – в мешок…

А вот эту – пакуем, и эту, и эту – тоже берем. Кузнецов, в более-менее приличном состоянии. Следы бытования имеются, куда же без них, но целые…

Так, а это что. Явное эхо войны. Трофей. Со знанием дела брали – голубые мечи. Луковый сервиз. Пользовались на повседневку видимо, судя по состоянию. Три тарелочки со сколами и трещинами – в мешок, а целое – на упаковку, долго в магазине не простоит, на Мейсен всегда есть спрос. Все, конечно, от цены зависит. Повыше поставишь – подольше постоит, за демократичную цену – в один день унесут покупатели себе в норку.

Хрусталь семидесятых – в мешок, а вот фруктовницы и вазочки братьев Болотиных – пакуем и в коробку. Нравится мне ключинское стекло – себе оставлю, продавать не буду.

О, еще одна культовая вещь – графин с чертиком внутри, для крепких спиртных напитков… Так и говорили раньше – допиться до чертика… Жаль, пробка родная утеряна. Пакуем, может где пробочка еще и попадется, сделаем сборочку и все будет нормально…

Сотовый звонит. Кто-то, наверное, с праздником поздравить желает. Ага, Константин.

– Привет, Константин, с Днем защитника Отечества.

– И тебя так же. Слушай, наличкой не богат?

– А, что?

– Занять денежек у тебя хотел. Чуть-чуть.

– Опять аферу какую затеваешь?

– Не, все надежно. Янтарь тут предлагают. Не дорого совсем.

– А, куда ж ты, родной, его пристраивать будешь?

– Есть у меня канал, в Питере. Мужичок один китайцам его толкает.

– Оттолкались питерцы, похоже. Ну может и не на всегда, но на время эпидемии – точно. Сам знаешь, китайцам сейчас граница закрыта. Янтарь, даже в розницу, в Питере с пятидесяти процентной скидкой мертво на прилавках лежит. Нет покупателя. От слова совсем. Это раньше у них у каждого магазина по пятнадцать туристических автобусов стояло, а сейчас – ноль целых ноль десятых.

– Точно?

– Вчерашняя информация. Много лавок с янтарем совсем закрылось, а другие сидят – бамбук курят.

– А, я то думаю, что так дешево предлагают… Вот вложился бы, а потом икру метал… Все, вопрос с деньгами снимается. Не буду янтарь брать.

– Смотри сам. Я тебе ничего не рекомендую, просто информацией поделился.

– Не, сейчас до меня и самого дошло… Вморозил бы деньги до конца эпидемии. Спасибо, образумил, убогого. С меня причитается.

– С тебя уже столько причитается, что мне к наркологу пора.

– После праздников забегу, есть тут одна мутка…

– Хорошо. Где моя лавка – знаешь.

– Кстати, тут один магазинчик нумизматический съезжает, место хорошее, проходное. Уже прикормленное и раскачанное. И покупатели, и сдатчики туда, просто по инерции еще долго идти будут. Особенно с района. Площадей там раза в четыре больше, чем у тебя. У тебя же тесновато, поторопился ты немного, со своим подвальчиком. Не повесить, не поставить… И по аренде там не дорого. Расширяться тебе надо, а тут такой случай.

– Это точно, поторопился. Опыта еще мало. Спасибо за наводку. Съездим после праздников, глянем твой магазин.

– Ну, пока. Пошел от янтаря отказываться.

– Пока.

Ну вот, немного помог человеку. Мелочь, а приятно.

Дальше надо квартиру разбирать, некогда рассиживать.

– Сов, продолжаем. Готов?

– Как юный пионер – всегда готов.

Быстро он наших словечек нахватался. Умный попаданец мне попался. А если бы подселился ко мне какой дебил? Вот горя бы хватил.