"Давай же, Хельда. Где твоя уверенность? Обещала быть сильной. Говорила, что постараешься. И что теперь? Жалкое зрелище. Прекращай".

Разговоры с собой входили в привычку, но они помогали. Я вошла в дом семьи Делири, держа спину ровно и гордо вскинув подбородок.

Слуги здесь не объявляли о прибытии гостей. Я просто сразу оказалась перед мужчиной, одетым так же скромно, как все наёмники клана, и хрупкой блондинкой. Маленькой, худой, будто прозрачной. Возле её губ и глаз уже собрались морщинки, но такие, что появляются от улыбки. Враждебности от неё не исходило. Наоборот, она словно радовалась, увидев невесту сына.

— Хельда, позволь тебе представить Ксанира и Иллаю Делири. Отец, мама. Лина Беринская.

Мне поклониться нужно или присесть? Проклятье, почему я даже не поинтересовалась этикетом Фитоллии?

— Рады приветствовать невесту нашего сына, — без единой эмоции в голосе ответил Ксанир, а Иллая протянула Кеннету руку, не выпуская при этом локоть мужа:

— Мальчик мой, ну что же вы стоите? Ужин остывает. Столько хлопот весь день, вы голодные. Прошу за стол.

Свекор напоминал статую. Сверлил взглядом сына, а ко мне даже не обернулся. Пекло, это даже не приём. Это молчаливое: “Вас тут вообще не должно быть”. Кажется я потеряла аппетит не только на ужин, но и на всё время пребывания в Фитоллии. Ком в горле стоял, живот крутило от неприятных эмоций. Тщательная моральная подготовка пошла прахом. Нет, мне не пробиться сквозь ледяное презрение старшего Делири. Можно я пойду обратно в трактир?

— Спасибо мама, — с теплотой в голосе ответил жених и обнял меня за талию. — Чем сегодня радуют повара?

— Кролик в сливочном соусе, тыквенный суп и фрукты на десерт.

Иллая попыталась увести мужа, но он поддался только со второго раза. Выдохнул тихое “мда”, покачал головой и отвернулся. Будто пощёчину мне отвесил.

— Держись, — напомнил Кеннет. — Я рядом.

Проще было сказать, чем сделать. Я расправила плечи, вытянула спину и пошла в обеденный зал. Ксанир велел слугам подавать ужин. Просто пальцами щёлкнул и сказал “можно”. Кеннет пододвинул мне стул у длинного стола. Такой изысканной сервировки я давно не видела. Чуть старомодно, но очень дорого и продуманно. Особое искусство, почти забытое в наши дни. Ох, я не помнила назначения двух вилок! Неужели меня ждёт позор?

Музыка заиграла громче, появились слуги с подносами и за блюдами поплыл божественный аромат. Я заранее уговаривала себя съесть хоть что-нибудь. Иначе мою голодовку сочтут оскорблением. А шанс установить с родителями Кеннета хотя бы нейтрально-вежливые отношения ещё был.

— Салат из зелени с тунцом под пряным соусом, — вполголоса объявил слуга.

Другой мужчина в белоснежной ливрее разливал по бокалам вино. Мы положили салфетки на колени, и я начала молиться, чтобы разговор не уходил от темы прекрасной погоды за окном. О политике я на одном уровне с бывшим главой Клана Смерти просто не смогу рассуждать. А он уже смотрел волком и будто ждал, когда я уроню вилку или разобью тарелку. Тяжёлый мужчина. Гнетущая атмосфера за столом — исключительно его заслуга.

— Сын говорил, у вас свой бизнес, Хельда, — всё тем же безразличным тоном заговорил Ксанир, аристократично накалывая вилкой кусочки тунца.

— Трактир, — я постаралась улыбнуться будущему свёкру. — Небольшое, но прибыльное дело.

"Было бы, — мысленно добавила я. — Если бы не заговор Паучихи".

— Насколько прибыльное? — продолжал допрос Ксанир.

— Полностью окупает себя, позволяя кормить работников и детей, выплачивать зарплаты, — я повела плечом, надеясь сбросить груз чужого неприятия. — Точных показателей пока не назову. Увы, мы проработали не так долго, как мне хотелось бы.

— И не так хорошо, — заметил себе под нос будущий свёкор, но тут свекровь доела тунца и, кажется, решила попробовать хоть как-то разрядить обстановку.

— Полно, Ксанир, кто говорит о прибыли в первые дни? Сам знаешь, сколько лет можно трудиться чуть ли не в убыток. За одну только идею и удовольствие. Если девушка нашла дело по душе, то её следует поддержать.

— Я же не против, — отец Кеннета отклонился на спинку стула, позволяя слуге поменять пустую тарелку на блюдо из кролика в сливочном соусе. — Но поддержка должна знать меру. Не так ли, сын мой?

Кеннет ответил ему настороженным и немного колючим взглядом. Промолчал. Зато Делири-старший продолжил:

— Будущая война с участие воинов Клана Смерти, интерес Верховной ведьмы, договор с королём Бессалии. Так скажите, Хельда, не слишком ли дорого моему клану обходится ваш трактир с приютскими детьми и полуголодными работниками?

Нынешний глава зубами скрипнул, а его мать хмуро потёрла бровь пальцем. Подобные выпады Ксанира здесь в порядке вещей? Все привыкли?

Я сжала вилку так, будто собиралась сломать её. Улыбаться и притворяться милой девушкой не было ни сил, ни желания.

— Ваш клан, — я сделала ударение на первом слове, — оказывает моему трактиру ровно столько помощи, сколько его глава считает нужным. Если завтра ваш сын скажет, что больше не собирается меня поддерживать, я не о попрошу о содействии ни его, ни вас.

Ксанир едва заметным движением поджал губы. Его взгляд я так и чувствовала тяжёлой плитой на плечах. Ответила бы резче, но давно разучилась поддаваться на такие неприкрытые провокации. Возможно, отец Кеннета устраивал проверку, желая видеть, способна ли его будущая невестка держать удар. Учитывая уровень решаемых проблем и возникающих перед кланом вопросов — вполне оправданное действие. Но Кеннет нервничал даже сильнее, чем я. И это начинало беспокоить.