– Не уйдёшь! – прорычал я. Из ладони вытянулось ещё три белых нити и нырнули в тело Клаудии. Это как ловить скользкого угря на ощупь, голыми руками в мутной воде. Несколько секунд мы боролись, но мне удалось оплести пиявку и вырвать её из тела. Она вспыхнула в воздухе белым пламенем, слизнувшим часть занавески с окна.

Я облегчённо выдохнул, пытаясь унять дрожь в руках. «Главное – не злиться. Всё обошлось, и слава Великой матери, – повторял я про себя. – Никто бы лучше не сделал, так что надо успокоиться и думать о насущных проблемах, которые гораздо важнее. Да, да, важней».

– Может, хватит уже? – сказала Илина. – Если это поможет, я могу тебе врезать. Мы все, – она слегка качнула головой в сторону двери повозки, как бы говоря обо всех, кто ехал рядом, – восхищены твоей смелостью, выдержкой и безграничной силой воли. Но скажи, зачем ты это делаешь? Хочешь что-то доказать? И если собираешься не спать вторую ночь подряд, тогда смени облик. А то смотреть тошно, – это она вспомнила мои слова.

Я мог бы возразить, найдя десяток аргументов. Но спорить и что-то доказывать нет сил. Помню, когда Уга была в добром расположении духа. Для этого мне требовалось убить того, кто посмел поднять руку на её дочерей. Что нужно сделать сейчас, чтобы она вновь стала доброй? Как же с ними тяжело…

* * *

Поселение асверов у холодного мыса, час после полудня

Сидя на низенькой лавочке рядом с шатром, старая Вейга наслаждалась тёплым солнцем. Полчаса назад она закончила разбирать письма и, прежде чем писать ответы, нужно основательно подумать. Вейга никогда не любила спешку. Ещё в то время, когда она молодой девчонкой попала в гильдию в Витории, наставница вколачивала в неё привычку сначала думать, а потом делать. И за всю долгую жизнь только трижды у неё не было времени подумать перед принятием решения. И это в полной мере доказывало правоту наставницы.

Вейга вытянула ноги и помассировала колени. Берси советовал ей больше двигаться, разрабатывая суставы. Магия неплохо помогла, и ноющая боль, часто не дававшая нормально выспаться, почти полностью ушла. Не желая, чтобы боль возвращалась, пожилая женщина предпочитала немного походить перед обедом. Со стороны центра посёлка, приподняв подол платья, к шатру бежала одна из старейшин. Вейга только покачала головой, думая о том, как некоторые не берегут колени и торопятся, когда это совершенно не нужно.

– Великая мать, Великая мать!.. – выпалила немолодая женщина, подбежав к шатру и тяжело дыша.

– Что «Великая мать»? – спокойно спросила Вейга.

– Случилось что-то ужасное!

– Не кричи, – чуть-чуть повысила голос она. – Ничего плохого не случилось. Просто Великая мать сердится. Опять Берси натворил что-то такое, что в голову нормальному человеку просто не придёт.

– Но как… тут… – старейшина не могла найти слов, чтобы описать нахлынувшие на неё чувства.

Посёлок, тем временем, оживал. Асверы выходили из шатров, глядя на восток. Кто-то даже с оружием в руках. Даже дети, игравшие под присмотром старших, выглядели встревоженными.

– Всё в порядке. Ступай, успокой всех.

Вейга проводила её взглядом, покачала головой. Она получила отчёт о том, что сделал Берси на границе земель Лоури. Неужто он не мог поступить иначе? Почему нельзя было сделать всё так, как люди делают не одну сотню лет? Ответ на вопрос, что теперь будет – совсем прост. Люди и маги в столице сначала испугаются, потом задумаются, а затем испугаются ещё сильнее. Срочное письмо с голубем Рикарде она уже отправила, поэтому не переживала.

То же самое время, гильдия асверов, Витория

В кабинет Рикарды Адан решительно вошла Сильвия, старшая в отряде Ут‘ше, появившаяся в гильдии совсем недавно. С ней приехали четырнадцать пар опытных воинов и десять пар перспективной молодёжи. По задумке старейшин, это должно было укрепить силы асверов в столице и немного наладить отношения со старшим родом. Рикарда же смотрела на это несколько иначе. Во-первых, вместе с ними в гильдию приехала почти сотня асверов из трёх рыбацких поселков старшего рода. И, в отсутствии Берси, исцелить их от проклятия было крайне проблематично. Процесс шёл медленно, а в гильдии рыбаки и пастухи только мешались. И без них было довольно тесно. Кое-кого из мастеровых она приставила к делу, но толку от этого выходило немного.

– Я с отрядом уезжаю на восток, – с порога заявила Сильвия. Она была совсем немногим моложе Рикарды и мнила себя исключительным командиром. Спала и видела, как сменит на посту старейшину Исану, даже не догадываясь, какие цели преследовала та, отправив Сильвию в столицу.

– Не держу никого из вас, – спокойно сказала Рикарда. – Но учтите: единожды сбежавшие из гильдии, не смогут вернуться обратно. Никогда. Исключение делается только для тех, кто отказался от имени.

На минуту повисло молчание. Сильвия не сразу поняла, что имела в виду Рикарда. Она даже нахмурилась, но озарение не приходило. Глава гильдии, в свою очередь, терпеливо смотрела на неё, раздумывая, есть ли у той хотя бы призрачный шанс командовать чем-то большим, чем дюжиной пар.