Старший помощник повторил попытку. Теперь уже по все правилам — сначала ударил мини-моргенштерном с Небесным Волком, чтобы разрушит магическую защиту, если она, конечно же, есть, а затем рубанул "Черным когтем". С тем же успехом. Точнее говоря — неуспехом. На сем, собственно, блицкриг и закончился. Выходить в кадат, или/и активировать шкиру Денис по-прежнему не считал нужным — полагал, что так разберется — малой кровью на чужой территории.

Ответ матерого человечища не заставил себя ждать. И хотя он просто отмахнулся, практически не глядя, по причине не полностью восстановившегося зрения и слуха, да и с ориентацией в пространстве наверняка были проблемы, но старшему помощнику показалось, что по нему двинули железным рельсом! Он мгновенно вспомнил Руслана с его ломом и слегка загрустил — к сожалению, предварительны прогнозы в отношении матерого человечища, что легко не будет, начинали оправдываться.

Денис пролетел пару-тройку метров по воздуху, затем, повинуясь закону всемирного тяготения, пошел на посадку, зацепился за поверженного и не подающего признаков жизни солдата, и сделал обратное сальто. Многое в мире делается, или добровольно, или принудительно, в том числе и разнообразные кувырки. От добровольных испытываешь удовольствие, от принудительных — нет. Скажем честно, что никакого удовольствия от своей эскапады старший помощник не получил.

Но, взамен удовольствия он получил самое ценное, что есть на свете — знания! А если исходить из формулы: знание — сила, то еще и силу. Денис четко осознал, что шутки кончились, что начинается третий акт Мерлезонского балета — бой не на жизнь, а на смерть, и кто станцует финальный танец над телом поверженного врага, неизвестно. Но, известно, или неизвестно, кого это сейчас волнует? Драться придется по-любому. За нами Москва — отступать некуда! Старший помощник немедленно активировал шкиру, вышел в кадат и бросился в атаку.

Его очень неприятно удивило то обстоятельство, что за столь короткое время — дай бог, если прошло десять секунд с момента взрыва "Светлячка", матерый человечище полностью пришел в себя и приготовился к бою, а ведь все попавшие под удар свето-шумовой гранаты должны были еще долго находиться в прострации. Но, этим плохие новости не ограничивались — гораздо страшнее выглядели его надтелесные оболочки, рассмотреть которые раньше Денис не удосужился.

Как выглядела аура матерого человечища, пока он находился в бессознательном состоянии, было неизвестно. Известно было лишь то, что их не удалось пробить ни "Черным когтем", ни Небесным Волком. Теперь же его аура выглядела непривычно плотной, а ее верхние слои приобрели пугающий серебристо-металлический оттенок, как будто матерый человечище оделся в какую-то астральную броню. Ни с чем подобным Денис раньше не сталкивался и это обескураживало.

Но, к сожалению, "броней" смущающие моменты не исчерпывались — был еще один. В руке матерого человечища, как по мановению волшебной палочки, а может быть — именно по нему, материализовался серповидный клинок самого отвратительного и пугающего вида. Серп был сделан из тусклого желтого металла, но это хрен-то с ним — плевать и на геометрию и на материал, но вот то, что клинок "парил", или "дымил" чем-то вроде красного, а скорее даже — кровавого дыма, было неприятно. Не зря считается, что красный — цвет опасности. И это очень хорошо ощутил старший помощник.

Первые секунды боя выявили третий неприятный момент — матерый человечище в скорости Денису не уступал, а в силе превосходил. Вот такие пироги с котятами… Старший помощник даже успел пожалеть, что не захватил стволы, но потом, когда укол "Черным когтем", проведенный на полной скорости и усиленный энергией восходящего потока, не пробил астральную "броню", пришел к выводу, что пожалуй и огнестрел бы не помог.

Осознав полную бесперспективность использования своего мини-моргенштерна с вместилищем Небесного Волка и Байгола, который никаких, ни видимых, ни невидимых отметок на ауре матерого человечища не оставлял, не говоря уже о том, чтобы проникнуть внутрь его надтелесных оболочек и перемешать их, как вермишель, Денис разорвал дистанцию, чтобы выиграть время на перевооружение.

Рывком уйдя в сторону, он отбросил моргенштерн за спину (останется жив — найдет, а нет — так и искать не надо) и выхватил второй "Черный коготь". Последним камешком, склонившим чашу весов в пользу такого решения стало то, что в последней сшибке матерый человечище чуть не схватил моргенштерн. Поймал бы — вырвал наверняка. Так что пускай теперь ловит лезвие "Черного когтя".

Никакого преимущества смена оружия старшему помощнику не дала — не брали матерого человечища "Черные когти" хоть ты тресни. Денис даже припомнил такого же неуязвимого Душителя Эмидуса и, честно скажем — загрустил. Уконтрапупить того гада удалось лишь при помощи любимого руководителя, отсутствия которого очень остро ощущалось в данный момент. Да и честно скажем — вклад старшего помощник в ту победу был не сильно велик — в основном все сделал Шэф. В какой-то момент схватка застыла в состоянии неустойчивого равновесия, причем, что самое неприятное — изначально преимущество было на стороне старшего помощника и вот пожалуйста — ничья, которая скоро сменится неизбежным поражением.

До какого-то момента, пользуясь превосходством в фехтовальной подготовке, Денис не позволял матерому человечищу дотянуться до себя серпом, но, что в жизни, что в футболе, любая серия рано, или поздно, заканчивается. Закончилась и эта — зацепил матерый человечище старшего помощника своим страховидным орудием за руку. Казалось бы — ничего страшного — чай, в шкире Денис, а не в футболке, ан нет! Во-первых — ощутил старший помощник неприятный холодок, чего в принципе не могло быть в активированной шкире, от которого на мгновение онемела рука, а во-вторых шкира немедленно доложила:

"Внимание! Снижение общей обороноспособности комбинезона на пять процентов!" — казалось бы немного, но, лиха беда начало…

Словно почувствовав, что в войне наступил перелом, а может и правда почувствовав, матерый человечище усилил натиск. Какое-то время Денис все-таки удерживал его на дистанции, не позволяя дотягиваться до себя мерзким кровоточащим серпом, но с каждой секундой силы старшего помощника таяли, а матерый человечище казалось бы не только не уставал, а даже наращивал темп.