— Похоже на работу Вепря.

— Вепрь? — вскинулся в страхе Максим, — Здесь?! Нам тут делать нечего... — и он поднялся, чтобы бежать.

Не спорю, бросать непогребенным тело — последнее дело. Нехорошо это и непорядочно. Но если страх сильней... А страх был действительно силен: Вепрь был известен не меньше, чем Джек-потрошитель в Великобритании.

— Б Е Ж И М ! ! !

Истерический вопль украсился не менее громким топотом ног: сломя голову, ребята неслись все дальше и дальше от страшного места, на ходу перепрыгивая через небольшие холмики мусора на пустыре.

К счастью, Серега не знал, что с мальчишкой шел его дядя Аббингтон, иначе без сомнения извелся бы черными мыслями о судьбе пусть и мерзоидного, но все же родственничка, ведь тела лорда не видно поблизости. Что с ним случилось? Убежал, бросив мальчишку? Или утащен Вепрем для каких-нибудь изощренных пыток?

Незнание спасло Сережку от подобных печальных мыслей...

* * *

Забор новостройки сломали лет десять назад. Собственно, можно ли называть новостройкой такой "старострой" — проблема, и по сей день не решенная. Но вот проходы через охраняемую когда-то забором территорию возникли. Народ протоптал тропинки, а в одном месте даже сколотил из обломков досок некое подобие калитки. Туда-то и вошли, повинуясь исключительно зову и интуиции, Макс и Евгений. Нет, не контрабандист Макс, а Макс-Второй, вольнотусующийся между мирами похититель красных дискет. Женечка пытался рассказывать на ходу какой-нибудь анекдот — а знал он их немало, но запыхался от быстрой ходьбы и бросил это бесполезное и неблагодарное занятие.

Пройдя через "калитку", Макс пружиной вскочил на бетонные плиты, ведущие к ржавеющему строительному крану. Прошел уже шагов десять, когда его отвлек жалобный зов Женьки: толстячок-весельчачок никак не мог штурмовать бетон. Протянув руку, Макс поднял приятеля наверх и затем вновь зашагал вперед.

Возле самого крана ребята спрыгнули в траву. Рельсов было немного -метров десять-пятнадцать, кончающихся бетонным тупичком. Макс вспрыгнул на ржавую полоску рельса, став спиной к крану, и зашагал к тупичку. Женя последовал его примеру. Шаг, другой, третий... Десятый, сотый, тысячный... Женька смотрел лишь под ноги, и потому не заметил, изменилось ли что-то кругом. Но шаги шли за шагами, а тупичок все не приближался. Удивленный мальчишка бросил взгляд вперед. Прямой стрелой устремились к горизонту рельсы, по которым шагал Максим. Оглянулся назад — рельсы так же пронзают далекий такой горизонт. Ни крана, ни стройки вокруг. Только рельсы лучом, от горизонта до горизонта.

И снова взглянуть вперед. Но теперь впереди, почти у самых ног, была пропасть. Но рельсы не обрывались, прямой линией они вели дальше, превратившись в старый клепаный мост, моховыми корнями вцепившийся в каменные столбы-опоры. А на той стороне пропасти — еле различимые отсюда руины замка: логово Князя Тьмы.

Гулко зазвенел под ногами ребят Мост...

Замок неровной громадой возвышался посреди крошечного провинциального городка, и в его зеркальных стенах отражались старинные домики с лепными узорами по стенам и черные ветки голых тополей. Возможно, когда-нибудь это сооружение и примет более-менее симметричный и цивилизованный вид, но пока в своей асимметрии оно заставило бы взвыть от восторга любого модерниста и от ужаса — простого обывателя. И причина тут не в извращенности мышления или нечеловеческой сущности Владыки. Просто здание еще только-только строится, и непотускневшие доски лесов отражаются в зеркальных панелях недостроенных стен вместе с небом и тополями.

Недостроенная громада выделяется на фоне низенького городка, так что даже не надо и спрашивать, куда держать путь. Малолюдно на улицах, но не чувствуется почему-то, чтоб тяготило обитателей окрестных домов такое соседство. На лицах их нет ни тени злобы или страданий...

Темка с Димой шли уже вдоль забора новостройки, когда навстречу им шагнул успевший порядком поднадоесть Аббингтон-старший. Увидев племянничка в сопровождении неизвестного мальчишки, лорд открыл было рот... Но не успел он и слова сказать пацанам, как кто-то из проходивших мимо лихо козырнул бывшему шефу спецслужбы, и рука Лорда автоматически взметнулась в ответном салюте. Мгновение лишь — но его хватило, чтобы ребята проскользнули мимо, не желая общаться. Да и то — кто же станет сейчас говорить со службистом?! Они себя на сотни лет вперед скомпрометировали! Так что скрывают теперь бывшие ПЛановцы свое прошлое. А тот, кто поприветствовал? Уж не из бывших ли он спецагентов, что расползлись теперь, потеряв свою работу, по всему Риадану?..

Правда, Аббингтон долгое время не скучал в одиночестве: заприметив у стены дома напротив троих пацанов, наугад махнул рукой. И в ответ самый низенький из троих махнул ему. Перескочив через невысокую оградку, Лорд подошел быстрым шагом к мальчишкам. И вскоре уже сворачивал за угол, обнимая за плечи двоих из троих. Вот уж когда можно было б ему пожалеть, что нету третьей руки...

Но и приключения двух друзей на этом отнюдь не закончились: впереди под забором растянулся во весь рост в пушистом снегу огромный белый дракон. Он в упор смотрел на ребят, чуть заметно шевеля кончиком хвоста.

Что делать? Развернуться и убежать? А если догонит... Торчать на месте? Еще глупее... Сомнения разрешил сам дракон:

— Привет! К Мельтору в гости пожаловали? — металлическим, но каким-то мальчишеским голосом спросил исполин, шевельнув раздвоенным розовым язычком. — Так он сейчас занят. Пойдем, поиграем пока! Или цветочки в оранжерее понюхаем! Они так прекрасно пахнут!.. — и дракон мечтательно зажмурился.

— Цветочки?! — хором выпалили ошалевшие Димка и Темка.

— Ну да, — непонимающе глянул на них дракон. — А что случилось? Что-то не так?

— Но ты же, как бы это сказать помягче, э... дракон! — промямлил Артем.

— Ну да, — повторился исполин. — Дракон. И что же из этого?

— Но драконы же, они... как бы это... кровожадные там, и такое все проче.

— Ясно, сказок бабушкиных наслушались... — обиделся дракон. — А все это враки! Я разумных не ем!..

— И принцессы тебе ни к чему? — съехидничал Тема.

— А зачем они мне, — опасливо спросил дракон, явно ожидая подвоха.

— Может, ты и огонь пускать не умеешь, — продолжал гнуть свое Артем, не замечая предупреждающих жестов Димки.