Шрифт:
Но если — сон, то почему нельзя взлететь? А стоит ли? Вдруг именно от этого проснешься?..
И лишь споткнувшись о брошенный среди палубы велосипед и ушибив коленку, мальчишка понял, что все это происходит на самом деле...
Кинулся в каюту. Коснулся плеча Ильки. В тот же миг яхту качнуло, холодный штормовой порыв обдал ознобом, свет стал рассеянным и блеклым, сумеречным. Илюшка поднял голову.
— Привет... — оторопело сказал Майкл.
— Привет... Ты зачем меня разбудил? Мне снилось солнце и штиль...
— Так это ты держал погоду... — начал было Мишель, но вдруг согнулся от кашля — многодневное нервное истощение и холод сделали свое. Он упал у ног Илюшки, почти мгновенно потеряв сознание...
На третий день после шторма их прибило к какому-то островку, где малыш и бросил якорь, ожидая выздоровления друга.
Сознание никак не возвращалось к Мишелю. Илька почти не отходил от него, лишь бегал на остров, чтобы собрать фрукты или наловить раков на обед. Здешние раки были крупные и неповоротливые, и из них Илька готовил "раковый суп", приправляя его водорослями и ароматными травами.
Болеющий друг пил отвар, не открывая глаз и не узнавая ничего вокруг... Так прошла неделя.
А в бреду Майкл все бежал и бежал от Роя по пыльному проселку. И вновь, и вновь вспоминался мальчишка-ветерок, ставший человеком лишь на миг, чтобы успеть столкнуть своего друга с пути золотых пчел. Постепенно это воспоминание стало покрываться словами, пока они не обрели завершенность песни.
Над городом ливневых туч разворот,
На улицах стало темно,
И ветер у парковых старых ворот
Рвет с досок афиши кино.
А в фильме герои идут сквозь буран
И штормы гудят в парусах.
Но рвется кино — и слепящий экран
Бьет белою вспышкой в глаза.
Рвется кино -
И вспышка в глаза...
А если однажды порвался не фильм
И вспышка у глаз — наяву?
И ветер над маленьким следом твоим
Качнул молодую траву...
А может быть, даже следа не найти,
Где ты, как от выстрела, лег...
Как мало порой удается пройти,
Хоть путь и казался далек!
Мало пройти,
Хоть путь и далек!..
От битвы с бедой нам нельзя убегать:
Ты плакал, но сделал, что мог.
Спасибо тебе за твои два шага
По трудной дороге дорог...
Когда кораблям на пути нелегко
И звезд не видать среди туч,
В медлительном свете больших маяков
И твой загорается луч.
Средь маяков -
Ясный твой луч...
Выздоровел Мишель мгновенно, словно кто выключателем щелкнул. Взглянул на радостно засиявшего Ильку.
— Привет! Ну что — плывем?
И от острова яхта пошла дальше, унося с собою друзей.
Илюшке было интересно абсолютно все. Как управлять парусами. Можно ли "порулить", где компас, чем грот отличается от стакселя... А порой -странное: "Жести не найдется?" В спешке он забыл прихватить вторую жестяную корону, и теперь пытался собрать ее аналог из проволочек и обрывков меди.
А когда корона водружена на Тимми (медное плетение, правда, больше напоминало ажурную сетку, чем венец королей, но от Роя спасало надежно!) -новый вопрос:
— А это что за фигня?
Коробочку Мишель уволок из сна самого Мельтора, и очень гордился таким трофеем. Там, во сне, Князь говорил, что на Арде от такой машинки было бы много толку, и в старину польза этого лакированного деревянного ящичка с двумя рядами красных световых цифровых индикаторов была несомненна. Однако теперь это была простая безделица, никому не нужный сувенир.
"Валарометр", как назвал свое изобретение Мельтор. Нехитрое устройство улавливало энергетику валар и отображало на шкалах удаление валара от прибора в метрах и километрах. Верхняя шкала — север-юг, нижняя -запад-восток...
Тут же, в ином мире, на Риадане, этот приборчик был совершенно бесполезен. Если бы он был помощнее и его радиус действия превышал сотню километров — то он вполне подошел бы в качестве компаса, указуя на крошечный городок в Западном Риадане. Но, увы, такой мощной сделать машинку не получилось... Так что посреди океана приборчик стал навеки глухим и слепым. И Мишель, убедившись в этом, вынул из него батарейку, просто чтобы не утомлять ни микросхемы, ни батарею...
Но теперь, желая показать действие аппаратика (ну и что, что загорятся только нули, зато полюбуется Илюшка!), Майкл воткнул батарейку на место.